— Очень приятно, проходите. — пригласила она в кухню, чаще всего выполняющую роль гостиной. Я смущенно поплелась сзади.
В кухне сидел Гелиан, при виде моей бабушки он присвистнул:
— Ого, да эти старики решили план перевыполнить!
— Дорогой, познакомься, это бабушка Ники — Раиса Семеновна.
— Кхм… очень приятно. — Гелиан посмотрел на жену, та только руками развела. — Ника и вы, Раиса…
— Семеновна, — подсказала бабушка мило улыбаясь.
— К сожалению, мы не можем себе позволить помочь еще одному человеку. — Гелиан говорил явно смущаясь. — У нас нет еще одной комнаты…
— О, не волнуйтесь, я прекрасно размещусь с Никой, — перебила его бабушка. — Да и с работой ей помогу.
Я в ужасе посмотрела на нее. Помощь этого Божьего одуванчика мне слишком хорошо была знакома. В этот момент Гелиан воскликнул:
— Но вы же не сможете обслуживать посетителей паба в своем возрасте!
— Не волнуйтесь, я справлюсь, — безмятежно ответила бабушка.
— Хорошо, — вздохнув, проговорил Гелиан и вышел из кухни.
Снова Талине пришлось одалживать комплект одежды, от которого бабуля пришла в полный восторг. Ей нравилось абсолютно все — не смущала ни величина комнаты, ни отсутствие так ею любимых побрякушек, ни предстоящая работа, ни тем более чужая одежда. Я только молча вздыхала и возведя глаза к небу задавалась вопросом: “За что?”
Вечерний наплыв посетителей пришлось обслуживать нам втроем. Бабушка, как и дома, витала в облаках, совершенно не думая о том, что за еду, деньги и крышу над головой нужно расплачиваться работой. Чтобы не раздражать хозяев я трудилась быстрее и больше, из-за чего к ночи была в худшем состоянии, чем в первый свой день здесь.
Когда нам разрешили удалиться к себе, пожилая родственница, войдя в комнату, тут же заняла постель, сказав, что очень устала от “столь напряженного дня”.
— Никочка, а ты где спать будешь? — сонно спросила она.
— Вообще-то тут же, если ты не забыла, — ответила я, глядя, как она занимает всю кровать и даже не думает сдвинуться чуть в сторону.
Положение вновь спасла Талина. Постучав, заглянула в комнату. Протягивая одеяло с подушкой, извинилась за то, что у нее больше нет матраса.
— Это я должна извиняться, — произнесла я и от волнения чуть прикусила губу. — Спасибо большое. Я устроюсь.
Хозяйка вновь погладила меня по плечу, как в первый день и тихонько удалилась. А я быстро соорудила себе постель на половичке, сложив одеяло пополам, так что на одну его часть легла сама, а второй прикрылась и быстро уснула. Вот только сон мой продлился недолго. Храп. О, этот храп, подобный звуку грома, сотрясающий всю округу! Какой бы уставшей я ни была, но раздавшаяся под ухом симфония вывела из забытья.
Немного покрутившись, в попытках уснуть, села, понимая, что это сделать мне больше не удастся. Голова начинала трещать и я, быстро накинув одолженную ранее вязаную шаль, спустилась вниз, надеясь хоть там не слышать эти трели. На удивление в кухне было светло. Войдя, застала мужа и жену за кухонным столом.
— Ника? Тоже не спится? — тепло улыбнулась Талина.
— Да. Простите, — не выдержала я, — вы не спите из-за моей бабушки?
— Да как тут уснешь? — проворчал Гелиан, его усы при этом натопорщились, как у разъяренного кота.
— Дорогой, — остановила его жена, одним легким касанием руки. — Ничего, пусть отдохнет. Ей нелегко. Возраст.
— Простите меня…
Вдруг слезы заструились по моим щекам, и я никак их не могла остановить, сколько не пыталась. Талина тут же подошла ко мне, обняла и постаралась утешить:
— За что, милая? Ты же не виновата, что она попала сюда. — усаживая меня за стол, спросила, — может, выпьешь с нами чаю?
— Да, спасибо, — пытаясь взять себя в руки, ответила я.
Пока хозяйка наливала чай, Гелиан, откашлявшись, произнес:
— Ты это, не расстраивайся. Лучше пирога отведай. Талина его только из печи достала.
Гелиан отрезал большой кусок пирога и, аккуратно переложив его на тарелку, передал мне. Я с благодарностью приняла угощение. Из-за члена моей семьи они не спят, еще и пирогами потчуют. Повезло мне встретить эту семью. Так прошли следующие три часа — за добрыми разговорами и ночным поеданием выпечки.
Вернулась я в комнатку перед самым рассветом. Устало растянулась на импровизированном ложе и быстро уснула, надеясь не проспать утренний подъем. И я не проспала. Бабуля вскочила где-то через час после моего прихода. Она выспалась, была бодра, свежа и весела, как всегда.
— Ника, вставай. Что мне надеть? — тормошила меня бабушка.
— Как что? — еле открывая глаза, удивилась я. — Тебе же вчера Талина одежду дала.
— Ну не могу же я в одном и том же второй день ходить? — изумилась неугомонная родственница.
— Если хотела наряды менять ежедневно, надо было с собой чемодан с вещами брать. Тут тебе не сказка. Видела ведь одежду деревенских. У некоторых дыры больше самой одежды, — попыталась я вразумить несносного члена своей семьи.
— Ладно, но мы это еще обсудим.
