На сегодня было назначено представление гостей, но как узнала Софья первый бой тоже назначен на этот день. Поэтому надо было выяснить, как горцы собираются всё это совместить.
Софья и Ирэн направились к двери, но не успели выйти. За дверьми послышался какой-то шум и спустя пару секунд дверь распахнулась и вошли двое.
Женщина, чем-то похожая на Давида, только с совершенно бесстрастным лицом, словно маска, и мужчина, скорее всего военный, он был в чёрной черкеске и в руках у него был ларец.
Женщина остановилась и сказала глубоким грудным голосом, глядя на Ирэн:
— Приветствую вас в своём доме, мкшнели-кали*
Потом взглянула на Софью и добавила:
— Тебя и твою дочь
Ирэн смотрела на мать Давида. Красивая, вошла и поклонилась с достоинством. Станет ли она им с Софьей другом или видит своего сына с другой?
— Рада быть в твоём доме, достопочтенная сахлис калбат’они*, — ответила Ирэн так, как вчера рассказала бабушка Нино
Женщина улыбнулась:
— Меня зовут Дариа Кета Дадиани, и да, я мама Давида. Зови меня просто Дариа.
Ирэн тоже улыбнулась в ответ
— Тогда и ты Дариа, зови меня просто Ирэн, а это моя наречённая дочь, Софья
И как только имена прозвучали, слово лёд треснул, лицо матери Давида перестало напоминать бесстрастную маску, стало видно, что она любит и умеет улыбаться.
А Ирэн подумала: — ну, надо же, такой какой-то весь жёсткий неприветливый отец у Давида, а его жена выглядит очень счастливой женщиной.
Мужчину представлять не стали, что только подтвердило, что, скорее всего, это охрана.
Скоро ларец был поставлен на стол и открыт.
Подарки поистине были королевские. Потрясающе тонкой работы колье из огненных рубинов Дариа подарила Ирэн.
Нашёлся подарок и для Софьи, и это было колье из брильянтов, но кулон был из камня розовато-оранжевого цвета.
Ирэн такого раньше не видела
— А что это за камень такой? Очень красиво смотрится, — спросила она у Дариа
Оказалось, что это солнечный сапфир*. Очень редкий камень, и говорят, что оберегает своего владельца от ядов и болезней.
— Когда-то Нино Кетеван, мать моего мужа, передала мне это украшение, теперь я передаю его тебе
Ирэн понравилось, что Дариа выбрала именно это украшение, если это фамильное и Софья появится в нём на приёме, то сразу станет понятно, что её приняла семья.
Но в связи со всеми последними событиями, Ирэн не могла не спросить:
— А как же лезга? Мы слышали, что на сегодня назначен первый бой
Дариа улыбнулась и обратилась к Софье:
— У моего сына нет сомнений, неужели ты сомневаешься, что в том, что он победит?
Софья покачала головой:
— Конечно, нет, не сомневаюсь
— Это правильно, — сказала мать Давида, — мой муж тоже за меня дрался. У его невесты было семеро братьев. Он всех победил. Он и его братья. Их было трое против всех. Я в него верила.
И Дариа рассказала нам историю, в которой отец Давида тоже пошёл против воли отца и дрался за свою любовь.
После этого разговора стало не так страшно.
Ирэн подумала, что ей было бы сложно принять такой менталитет. Когда мать говорит сыну: иди и дерись, как ещё ты станешь мужчиной.
Она представила, что Саша вырастет и ей придётся отправлять его на бой, вот так с улыбкой, и верить в то, что он победит. Сможет ли она так? Ирэн не могла ответить себе на этот вопрос.
И ей стало интересно, а Софья сможет? Ведь это ей надо будет принять эту культуру и растить своих детей в ней.
Дариа рассказала, что сегодня будет торжественный обед, на котором всех представят, спустя час после обеда начнётся лезга и будет продолжаться до заката, чтобы потом возобновится на рассвете.
А мужчины сейчас скорее всего тренируются.
На восточной стороне дворца расположена боевая площадка, утром там солнце, а когда жар становится слишком сильным, то на площадку начинает падать тень и тренировки продолжаются. В той же стороне будет проходить и лезга.
— Теперь можно никуда не идти, — подумала Ирэн, — а просто прогуляться до моря.
Они с Софьей проводили мать Давида и в сопровождении охраны пошли на прогулку.
Софья, сложив ручки на груди и заглядывая в глаза Ирэн проговорила:
