Я злилась на то, как со мной обращались, как разговаривали. Как выделили, привлекли внимание окружающих… а потом отбросили, словно ненужную тряпку, презрительно и гадливо, и пошли прочь и дальше заниматься… важными своими делами. И злилась, что не могу даже слова сказать по этому поводу… Я, которая никогда никому не позволяла дурно или же оскорбительно со мной обращаться!
Злилась потому, что чувствовала себя птичкой в клетке. И вовсе не в золотой. Ведь этот Квинт со своими странными поступками, словами, взглядами будто тыкал в открытую рану - а я не могла ни прикрыться, ни дать отпор. Даже понять ничего не могла!
Потому что я - птичка в клетке, на виду всеми своими перышками… Он же, во всем черном, быстрый, хищный и неприятный - гранитная скала, повернутая ко мне самой гладкой стороной. Не заберешься туда, а если попытаться даже - обрушится камнепадом.
Мерзким ощущением беспомощности, когда тебе не помогут ни уловки, ни мозги, ни весь твой опыт… И я злилась, что пасовала раз за разом перед этой загадкой. Убегала, пряталась, сжималась от ужаса… Цеплялась за то, что я еще многое не понимаю, что я чужая в этом мире, что мне следует быть осторожной… И ругалась на саму себя, что мне не хватает смелости, может наглости отвечать, рисковать, ломиться сквозь живые стены лабиринта, в который я попала, переместившись в этот мир.
Не хватает уверенности, чтобы анализировать и пробовать, веры в то, что мироздание пусть и обладает престранным чувством юмора, но не зря меня спасло и ведет - и надо проявить себя, а не закрывать руками рот, глаза, уши, как делают многие, и в этом и в другом мире, не понимая - там где они не принимают решения их примут другие.
Он будто открыл мне глаза на происходящее, и я четко, без прикрас осознала новую Веронику-Николь. И она не слишком мне понравилась...
А где же та, которую я сама создала, гордилась? Неужели она осталась там же, где её бизнес и дом? И вся внутренняя сила, что была во мне, основывалась лишь на моем состоянии и умении громко раздавать указания подчиненным - и превратилась в ничто, как только я попала в действительно стесненные обстоятельства?
И вот эта злость на то, что я растворяюсь в новой среде и превращаюсь в ничто, была, пожалуй, самая верная. Как и страх, что я окончательно потеряла не только тело, но и себя саму.
Злость, как и страх - дурные советчики ровно до тех пор, пока они становятся причиной неуместных поступков и эмоциональных необдуманных всплесков. Но если научился направлять их в нужное русло… А я научилась. Еще будучи совсем юной.
И от понимания… не как действовать дальше, но кто я такая на самом деле и что я могу даже в новых условиях стало немного легче.
В душе поселился если не покой, то уверенность. Мысли стали острее, а движения - четче. Я осознала, что уже почти выстроила каркас новой реальности, уже почти нащупала свою дорогу из желтого кирпича и озираюсь в поисках дровосека…
А когда есть намерение - придет и приглашение от мироздания.
Я почти улыбалась.
Репетировала, флиртовала с нашими девушками. Раньше моя дружба строилась на основе соперничества. Сейчас же… притворяясь мальчишкой я могла себе позволить расслабиться. Новое для меня ощущение - и довольно приятное.
Когда не репетировала - помогала то плотникам, что выстраивали специальную сцену, то акробатам. В шапито работа находилась каждую минуту, а будучи задействованной во всей этой суете, я легче отключала голову и переставала вспоминать…
О серых глазах, в которые хотелось провалиться как в кипящую ртуть…
Нет уж. И не подумаю. Не важно - память ли это тела, которое от подобного поведения ожидало чего-то плохого или же моя личная, танцующая с моими самыми жирными тараканами в голове, но я собиралась справиться с этим.
Мы расширили уже показанную в цирке сценку.
И меня, «убившую» свою любовь-изменщицу посадили в решетчатую клеть, чтобы «поутру» казнить… Хм, я теперь хотя бы знала, как здесь казнят убийц.
Тем же способом, что они убивали сами. Во всех смыслах «око за око».
