Выбор Донбасса полностью

Снова появляется Петро.

Александр (громко). Значит так, господин Захарченко. Мне все с вами ясно. Посиди–ка ты пока в гараже, пока машина из Днепра не придет. А потом поедешь со мной.

Закрывает Виктора в гараже.

А тебе, Кондрашенко, объявляю благодарность за бдительность. Кстати, Степан давно не появлялся?

Петро. Да уж месяца три с майдана.

Александр. Как появится, пусть меня найдет! Черт, я ж правосеков забыл отменить. Ну, ничего, появятся — гони их в шею! И держи язык за зубами!

СЦЕНА 5

Приезжает Мария, красивая ухоженная женщина лет 40.

Мария. Фу, что за бедлам. Мужики вечно все в свинарник превратят. Виктор! Петро! Оксана!

Появляется заспанный Петро.

Петро. Мария? Ты как? Откуда? Неужели из Москвы?

Мария. Петро, где мой муж?

Петро. В гараже...

Мария. Что он там делает? Машину чинит?

Петро. Спит...

Мария. Дурдом какой–то! Что у вас здесь происходит?

Петро. Мы выпивали с утра, поспорили трошки, и он из чувства протеста решил спать в гараже.

Мария. Протеста против чего?

Петро. Против всего! Против несправедливости мира!

Мария. А почему мне пьяный утырок сказал, что ты Виктора запер в гараже?

Петро. Маша, это неправда! Он сам его запер! Я тут ни при чем!

Мария. Открывай быстро! Какое счастье, Петро, что я не вышла за тебе замуж! Теперь сестра за меня мучается.

Петро открывает гараж. Оттуда выходит Виктор.

Виктор. О, Маша, что нагостилась у подруги?

Мария. Да вот приехала тебя, оболтуса, спасать. Вечно ты попадаешь в какие–то передряги. Петро, а где Оксана?

Петро. В Днепр на рынок мясо поехала продавать.

Мария. Жаль, знала бы, что она в городе, захватила бы ее с собой. Все равно такси брала.

Петро (тихо) У богатых свои причуды... (громко) Так а шо, она скоро уж должна быть. Рынок–то час назад закрылся.

СЦЕНА 6

Петро, Виктор, Мария. Входит Оксана.

Оксана. Ну и жара на улице. Насилу от Днепра доехала. Тю, да у нас гости. Петро, что ты як воды в рот набрал. Маша, привет, сестренка. Как здорово, что вы приихалы. А у меня как сердце чуе. Сейчас я на стол соберу. Петро, порося накормил?

Мария. Оксана, не трудись. Мы уже уезжаем.

Оксана. Как так? Только приихалы и уже уезжать, так не пойдет, сестренка. Завтра праздник. Переночуете, и завтра уж поидете. А сегодня посидим, отметим.

СЦЕНА 7

Те же. Появляется Степан.

Петро. А, явился, сучий потрох. Из–за тебя у матери чуть инфаркт не случился.

Оксана. Сынку, здравствуй. Что с тобой? У тебя все в порядке? Ты не болеешь?

Степан. Все хорошо, мама.

Оксана (Петру). А ты, старый козел, лучше бы порося проведал.

Петро. Вырастили на свою голову отщепенца свидомого. Что, нагулялся на своем майдане? А у нас за твой кредит всю хату вынесли. Гостей угостить нечем. Посадить некуда.

Степан. Иди порося накорми... Достал... Блин, кто ж так коктейль делает.

Доливает слой коктейля.

Дядя Витя, можно с вами поговорить?

Виктор (с иронией). Лучше места для разговора, чем папин гараж не найти.

Идут в гараж, закрывают дверь.

Виктор. Что же, Степа, ты хочешь мне сказать, что я еще не слышал за сегодняшний день?

Степан. Я хочу попросить у вас прощения...

Виктор. За что же, Степа?

Степан. Это я сказал отцу, что вы связаны с ФСБ.

Виктор (со смехом) А еще с ЦРУ и разведкой Моссад...

Степан. Я серьезно. Когда меня записывали в батальон самообороны майдана, нас всех проверяли по американским базам данных. Меня чуть не вычеркнули из–за того, что мой дядя, вы, связаны с ФСБ.

Виктор. Очень интересно... Ты же знаешь, что Юра, мой сын служит в погранвойсках, а это ФСБ.

Степан. Нет. Речь шла именно о вас. Но не это главное... Дядь Вить, я был в Одессе, в Доме профсоюзов, 2 мая...

Виктор (с паузой — хмуро). Продолжай...

Степан. Там убивали людей. Душили хлором, обливали бензином и поджигали. Люди горели заживо. Я не убивал. Был все время у здания. Под вечер вошел внутрь. То, что я увидел... Лучше не вспоминать... Дядь Вить, я не хочу никого убивать. Не хочу умирать. Я сбежал оттуда. Меня ищут, чтобы записать в батальон майдана, что поедет под Славянск. Я не струсил, нет. В марте, когда Россия захва... забрала Крым, я сам готов был идти добровольцем, чтобы воевать за страну, за едину Украину. Но теперь, после Одессы, во мне что–то сломалось. Когда стояли на майдане, мне и моим друзьям казалось, шо вот немного, скинем этого вора и бандита, придут новые люди и Европа, заживем.

Попугай. Украина це Европа.

Степан (продолжает). А теперь все по–старому, даже хуже. Мы пешки в чьей–то непонятной игре... Дядь Вить, прошу, заберите меня в Москву, не могу я здесь...