Раздается скрип подвальных дверей. Показываются одна, две, три головы с голодными глазами. Все старики да бабы. Глядь, что бегут с других подвалов, люди ускоряются, и вскоре машина с гуманитаркой попадает в окружение.
Руки тянуться к пакетам. Бача и Глеб только успевают открыть пакет, насыпать, положить консервы, отдать. Следующий. В одно мгновение битком набитая продуктами машина пустеет, но люди не верят, что закончилось. Ковыляют опоздавшие, кому не досталось. Возмущаются, почему одним консервы, а другим только мука?! Бача отдает свой паек. За ним и Глеб раздает консервы.
Бабулька. Сынок, для сердца что–нибудь есть?
Но в рюкзаке у Глеба только пачка анальгина. Пойдет. Большинство людей расходятся, а некоторые все еще стоят в ожидании чуда. Пока Бача, убирая в машине, отвечает старикам, Глеб идет к подоконнику, на котором сложены книги.
Примостив деревянный обрубок, Глеб поднимается выше. За книгами — перевернутая взрывной волной квартира. Встав на руки, он прыгает в комнату. Хруст битого стекла расходится эхом и возвращается, заманивая вперед по коридору чей–то прошлой жизни. Глеб открывает дверь и видит руины, в которых перемешаны вещи и бетон. Наверху в квартире с пробоиной стоит невысокая тень.
Глеб. Добрый день! Вы здесь живете?
Ему не отвечают. Глеб поднимается по лестнице. Идет по коридору. Кухня с расставленными стульями. Гостиная с фотографиями и разбитым окном. Впереди разрисованная мелками дверь, за которой просвечивает закатным светом пропасть. Дальше идти нельзя, и все же Глеб делает шаг вперед на край обрыва.
Бача. Во дурак! Не лезь туда!
Глеб не слышит, как Бача обсуждает его со стариками. С высоты разбитого дома волонтер видит с виду мирную серую степь с перелесками, но от вида руин тревога перехватывает дух. Закат подчеркивает тень Глеба на стене, покрытой выщерблинами от осколков. В углу комнаты стоит письменный стол, а над ним пейзаж в фламандском стиле. В нем торчит осколок.
Бача. На виду стоит, аж, светится. Придурок, уйди оттуда…
Глеб боком приближается к столу. Вниз что–то летит. Он пытается вытащить осколок, режет ладонь, но тот намертво сидит в стене.
Девушка. Вас зовут. Отсюда лучше уйти.
Тихий голос за спиной застает врасплох. Обернувшись, Глеб видит девушку небольшого роста лет шестнадцати. На ней свитер, шерстяная жилетка и махровые колготки.
Глеб. Что?
Девушка провожает взглядом стул, который Глеб сталкивает вниз.
Девушка. Ну как ощущения на краю комнаты? Нравится… Так бывает в первый раз, когда ничего не знаешь.
Глеб. Что я должен знать?
Девушка. Уходите!
