–Элен, вы нашли ту книгу, что искали?
– Нет, – Элен помотала головой,: – Не нашла.
– А что именно вы искали? Быть может, вам надо помочь?
– Надо бы. Я искала документ, который помог бы мне разобраться где я.
"Одуванчик" озадаченно смотрел на неё, обдумывая, как подобраться к этому вопросу.
– Понимаю, насколько это важно для вас, но не совсем понимаю, о чём вы.
Элен взяла лист бумаги, придвинулась к нему, стала чертить карту Евразии. Как могла, изобразила моря, нарисовала Урал. Поставила точку. Москва.
– Это я рисую, как если бы лететь и смотреть сверху на землю.
Осмотрев свой рисунок, подумала, что сместила Москву слишком влево куда-то к Брянску. А, ладно, какая разница.
– Элен, у вас нет крыльев, как вы смотрите на землю сверху? Ваши драконы какого клана?
– Нету у нас драконов, никто не летает.
– Как же вы видите землю сверху? Зачем вам это. Ведь проще поднять лицо вверх и видеть звёзды. По ним находить свою землю.
Элен смотрела на умного дядьку и не знала с чего начать взрывать ему мозг.
Вдруг её осенило:
– Ну да, у нас ведь тоже есть звёздные карты, целые научные обсерватории. Только мы в школе звёздные карты не учили…
– Названия звёзд помните?
– Да, конечно! Элен взахлёб стала перечислять всё, что могла нарыть в голове. Поофессор внимательно слушал, быстро писал.
– Мало что могу пообещать, но обязательно задам вопрос кому нужно.
Вернувшись к себе, Элен, чтоб не думать каждую минуту об Алонсо, занималась чем придётся: пыталась делать домашку, переложила гербарий, даже пыталась спать – разлука мучила её, она не могла ни на чём сосредоточиться.
Решила выйти прогуляться, по дороге зацепив Армисию. То есть Элен знала, что рыжая никуда не пойдёт. Но почему бы не испортить настроение своей неподружке?
Постучав к ней в дверь, позвала:
– Армисия, хватит киснуть. Идём, прогуляемся.( Эх, в кафешечку бы сейчас).
– Отстань, Элен.
– Вот те на. Идём, шалунья. Расскажешь, зачем историка с пути истинного сбивала.
– Ничего такого я не делала! – взвизгнула Армисия.
– Да ла-а-адно. Делала. Идём потрындим. Я тебе покажу, что мне лорд Алонсо подарил.
За дверями наступила тишина.
– Армисия, надеюсь, ты не прыгнула в окошко от зависти? Если будешь прыгать, отдай мне свой гербарий. А то мне лень его собирать.
Дверь внезапно распахнулась. Армисия, сощурившись, прошипела:
– Так может тебе от него только подарки нужны?
– Ты дура? Почему это"может"?
Элен расхохоталась, дверь захлопнулась.
Конечно, настроение рыжей она испортила. Но как оно испортилось у самой Элен…
Её поразила мысль, что она сама ревнует. Острое, пронзительное, гадкое чувство уже отыскало свой уголок в душе девушки.
Тильда догнала Элен в коридоре:
– Госпожа Эленочка, вас госпожа Марева зовёт!
Элен радостно помчалась к своей единственной советчице, которой доверяла на все сто!
– Где твой охламон? – Марева по обыкновению ворчала. Забираясь на уютный диванчик, прихватила миску с солёными фисташками.
– Кто? Какой охламон?
– Ну "милочка" твой? Все мозги тебе ерундой забил небось. Тычинками всякими.
– Не, он нормальный дядька, – Элен уселась поближе к Мареве. На столике напротив в гранёной вазе играло разливами красного мёда смородиновое варенье. Элен без спросу подтянула вазочку к себе, уплетая варенье, посматривала на сваху.
В открытое окно несмело заглядывал ветерок, пахло жасмином.
Марева молчала. Элен, облизываясь, собиралась с мыслями.
– Я влюбилась, – девушка опустила счастливые глаза.
– Что ты говоришь?! – Марева покачала головой. Наконец-то, давно пора. Может, баба в тебе проснётся…
– Ну вот, ты опять ругаешься.
– Не, это я так надеюсь на радость. Ещё чего расскажешь?
– Ой, давай расскажу! – Элен отставила пустую вазочку, глаза её сияли,; – Он подарил мне драгоценные бусы, платье к ним. Мы стали говорить друг другу "ты", и… – Элен стушевалась,:
– в общем, мы целовались.
Марева сползла с дивана, отряхнула ладошки, достала вишнёвочку. Налила себе, Элен:
– На дорогая. Чтоб вот как сейчас глаз у тебя горел, а из другого места прям чтоб пожар.
– Скажешь тоже, вечно ты про своё.
– Не про своё, а про твоё – Марева рассмеялась.
– Марева, мне спросить надо. Меня грызёт, убивает, ранит ревность к Армисии. Раз он со мной, зачем она здесь?
– Ой, прям убивает, ранит… Слова то какие. Точно, хрени всякой начиталась в книжках. – Марева и не думала утешать Элен.
– Армисия была до тебя, после тебя и останется. Ты жена, мать. Она любовница.
– То есть он будет с ней спать и после того, как женится на мне? – от удивления у Элен брови полезли на лоб.
– Ну, конечно, с ней. Не с Сеулом же. Армисия его давняя любовница, что тут такого?
– Не бывать этому. Или я или она.
– Ты чокнулась?
– Марева, у мужчины в норме одна женщина.
– Это кто тебе сказал? У мужчины всегда много женщин.
Жену бережёт, гуляет, лелеет, она рожает, он заботится. А другие под рукой, для надобностей, по настроению.
– Я так не хочу.
–А тебя кто-то спросил, Элен?
– Ладно, – Элен взяла себя в руки,: – В самом деле, что я веду себя как дурочка. Это я с Алонсо сама решу.
