Девушка радостно заметалась по комнате, всё не могла справиться с мыслями. Как же ей хотелось бежать к нему, встретить. Или всё же иметь гордость и не лезть первой, да и совесть надо иметь, они с дороги, уставшие.
Гордость объединились с совестью и уложил Элен в кровать, где она провертелась до рассвета. Её развлекали чисто женские мысли: "Кстати, а где они шатались, эти двое среди ночи? Летают они быстро. То есть, как бы далеко они не были, к ночи должны были прилететь! А примчались под утро. Значит где-то задержались. Где? Ну не на совещании, это точно. Думаю, драконы такой хренью по ночам не страдают. Может в драконьем казино зажигали?"
Само собой, у "правильных" женщин мысли о том, "что для политики не существует время суток"- в голову не забредают. Там, в голове, только сомнения, ревность и фантазии на тему " а вдруг девчонки!"
Элен еле дождалась утра. Вчера, после происшествия с отравленным персиком, ей не удалось вытолкать Тильду из своей спальни.
Служанка упёрлась, подтянула оттоманку, подперла ею дверь и спала, перекрыв вход в покои к госпоже своим тельцем.
Проснувшись и умывшись Элен с удовольствием рассматривала себя в зеркало, пока Тильда колдовала над её причёской.
События вчерашнего дня не особо испугали Элен. Конечно, ей не хотелось бы умереть в коликах, исходясь рвотой, но, волков бояться…
Элен обдумывала идею, как вывести Стеллу на чистую воду, кое-что уже пришло ей в голову. Надо было хорошенько продумать план и, наконец, раз и навсегда покончить с сумасшедшей дурой.
Элен вздрогнула от радости, сорвалась с места, услышав долгожданный звук колокольчика. Приглашение к завтраку радостной песенкой звенело в воздухе.
Девушка выскочила за дверь, Сеул склонил перед нею свой чёрный капюшон. О! Это что-то новое.
Обычно громадина в чёрном был к ней спиной и, не оборачиваясь, шёл впереди. Сегодня он жестом пригласил её идти впереди себя. Элен шла одна, Армисии не было, рыжую не пригласили!
Девушка подошла к гостинной, Сеул опередил её, открыв дверь.
В столовой произошли изменения, безмерно обрадовавшие Элен.
Вместо трёх, сегодня всего два тронных кресла стояло по торцам стола! Для неё и для него.
Алонсо, как всегда идеально выбритый, одетый с иголочки, сидел на своём месте, смотрел ей в лицо.
Элен замешкалась, не могла сообразить что сделать. Ей хотелось подбежать к нему, обнять, но стеснение и гордость не позволили ступить и шагу.
Он жестом пригласил её присесть.
Понеслось! Упрямство, злость, какая-то неразбериха запрыгала в горле, камнем забултыхалась в сердце Элен.
Она хотела запустить в Алонсо чем-то тяжёлым. Почему он не подошёл, не обнял её? Она бы так прижалась к нему в ответ. Между прочим, она…она…
Уставившись в свою чашку, девушка еле сдерживала слёзы расколовшегося вдребезги ожидания.
– Элен, вы плохо спали?
Зашибись, это что сейчас было. Они снова на вы? Казалось, Элен сию минуту взорвётся от бешенства.
– Я ждала и скучала, – разум первым прорвался к её языку, локтями оттеснив раздражение.
Она посмотрела ему в лицо.
Алонсо не отрывая глаз внимательно смотрел на девушку. Улыбка чуть заметно тронула его губы:
– Я тоже.
Тадам! Барабаны бравурным маршем застучали в висках. Взлетевшее до небес настроение плясало "Собачий вальс".
Всё снова засияло перед глазами измученной ожиданием девушки. Кажется, её любят!
Алонсо с нежностью смотрел на неё. Ему доставляло удовольствие наблюдать за её чудесным, порозовевшим личиком, спрятавшимся за чашкой какао.
Она заметила его улыбку и сразу перешла к делу:
– Алонсо, когда мы можем разговаривать?
Он озадаченно молчал, осмысливая её вопрос.
Она, пытаясь растолковать свои мысли, продолжила:
– За завтраком мы не говорим обычно. Потом я тебя не вижу. Мне надо спросить, сказать и ещё у меня есть секретная тайна.
Элен лукавила. У неё была не одна тайна. Тетради общей не хватило бы записать все её тайны. Ну, с чего-то надо начинать.
– Спросите сейчас, Элен.
– Почему ты говоришь мне "вы"?
– Потому, что и вы, Элен, в присутствии посторонних будете говорить мне "вы".
– Вчера я узнала, что готовят новые апартаменты. Это для меня?
– Да.
– Можно мне самой выбрать, как расставить мебель, заменить обои?
– Да. К вам приедет мастер, ни в чём себе не отказывайте.
– Мне обращаться к вам мой господин или по имени.
– Как вам угодно.
Чёрт, Элен уже теряла терпение. Её сбивали эти чёпорные построения фраз, витиеватые предложения.
– Алонсо, Вы всё ещё не сказали мне кто я для вас.
Утро, кажется, переставало быть томным. Он напрягся, его взгляд потяжелел:
– Я говорю вам сейчас: раз и навсегда забудьте манеру играть со мной в бабьи словесные штучки.
– Спрошу прямо: что здесь, в замке, делает Армисия?
Он встал, его тронное кресло жалобно проскулило, отъезжая по лаковому паркету. Элен тоже встала, и смело уставилась ему в лицо.
Конечно, у неё внутри всё оборвалось, она здорово испугалась. Официанты исчезли так быстро, как будто кто то щёлкнул выключателем.
– Идите, женщина, занимайтесь вашими апартаментами. – Алонсо смотрел на неё исподлобья.
