— Какой, скажи, дурак за чужие, чу-жи-е бабки станет на волыну прыгать?
— Куда?
— Без пистолета, Сема, не обойтись. Патроны, если хочешь, можно дома оставить, но пушка должна быть настоящей. Не газовик, не пугач, а реальный «Макаров». Поверь мне, люди такие вещи влет просекают, на фуфло сейчас никого не возьмешь. Не те, как говорится, времена.
Девушка подошла к магазину. Грузчик ее окликнул, они поздоровались. Уже взявшись за дверь, она, словно почувствовав взгляды из «фиата», обернулась. Дальнее расстояние в сочетании с тонированными стеклами не дали ей разглядеть пассажиров.
— Вот как! Подруга, значит, Вована, — оскалился Казначей.
— Ты ее знаешь?
— Она тут работает. Он специально подбирает молодых и симпатичных. Опыта у них никакого, запросто можно любую недостачу навесить. С другой стороны — разложил в подсобке и пользуйся, как тебе нравится; кто ж откажет директору, хоть и неофициальному?
— У вас везде, что ли, так принято?
— Везде — не везде, но здесь именно так, как я сказал.
Семен вспомнил, как Вован обнимал Веру. «Никто, значит, отказать не может? Хозяева жизни?»
По изменившемуся лицу Фролова Артем понял, что расчет оказался верен и его вранье достигло цели: деревенского удалось «зацепить», и теперь он не откажется от участия.
Ни Вован, ни кто-либо другой из его окружения не имели ни малейшего отношения к магазину, на который планировалось нападение.
Так же, как никто не «раскладывал» в подсобном помещении продавщицу Надю Клюеву, пришедшую подменить подругу.
Этот экспромт получился особо удачным и сыграл важную роль: Фролову казалось, что Вере понравились комплименты Вована, что в той ситуации на кухне бандит выглядел в ее глазах настоящим мужчиной.
Легко быть мужчиной, когда в карманах деньги и пистолет!
Не набравшись смелости ответить своевременно, сейчас он был готов на подвиг. Он боялся предстоящего, но не меньше боялся и завтрашнего визита бандитов. В полном соответствии с законом арифметики минус на минус дали в итоге плюс.
Клюева прошла через торговый зал:
— Привет, девчонки!
Ждать роковых выстрелов оставалось недолго.
Районные власти прибыли почти через час, вместе с братьями Перекатниковыми. Пока оперативник оформлял изъятие краденого, начальник местного отделения — импозантный мужчина в светлом пиджаке и темных очках — отвел Волгина в сторону и, слегка волнуясь, поинтересовался, чем вызван интерес к добропорядочным бизнесменам. Наверное, он всегда остро переживал проблемы, возникавшие на его территории:
— Мы их регулярно проверяем, никаких нарушений…
Братья хотели подслушать разговор милиционеров, но улавливали только обрывки фраз, отчего на их лицах появилось одинаковое недоверчиво-настороженное выражение. Они производили впечатление людей, изрядно битых жизнью и привыкших во всем ждать подвоха. Сергей подумал, что разговаривать с ними будет тяжело. Если им есть, что скрывать, то придется немало повозиться, прежде чем услышишь откровенное признание.
— К приемному пункту нет ни малейших претензий, — успокоил Волгин начальника. — Мы здесь, собственно, случайно. Труп нашли, не криминальный, а в записной книжке — их телефоны, домашний и этот. Может, помогут опознать бедолагу?
— Давно это случилось?
— Да еще в апреле, все руки не доходили заняться как следует.
— Вы хотите к себе ехать? Могли бы и у нас устроиться, место найдем.
— Надо фотографии посмотреть, книжку полистать. Вы ж понимаете.
— Да-да, — начальник, несмотря на свою должность мало знакомый с розыскной работой, облегченно кивнул и поспешил успокоить «металлических» бизнесменов.
Поехали на двух машинах. Волгин взял младшего брата, а Кузенков подсел в «семерку» Валентина.
Когда пересекали границу районов, Сергей, глядя в зеркало, пытался фиксировать малейшие изменения мимики задержанных. Если причастны к трупу в «мерседесе», то должны отреагировать: побледнеть, вспотеть, переглянуться. Ничего не произошло, ни малейшей реакции на двух одинаковых физиономиях. Невиновны или путаются в географии?
— Сейчас куда, в РУВД? — спросил Кузенков.
— Нет, к тебе, в отделение.
Братьев определили по разным камерам. Они не роптали, отнеслись с пониманием и раньше, чем им было предложено, вывалили на стол содержимое карманов: бумажники, мобильник и пейджер, две связки ключей и два брелока автосигнализаций, документы.
Опера не заметили, как братья переглянулись.
Оказавшись в камере, Николай Перекатников встал около стеклянной двери и задумчиво наблюдал, как дежурный убирает в специальный шкафчик изъятые мелочи.
Последние приготовления заканчивались в квартире Казначея.
Он сбрил усы, укоротил челку и выкрасил волосы в черный цвет, чем полностью изменил свою внешность.
— Ты этим что, уже занимался? — с ноткой зависти спросил Семен.
С ним самим все обстояло сложнее. Стричь и брить было нечего. Поэкспериментировав с остатками краски, сделали ставку на милицейскую форму.
