Борис Николаевич Пшеничный
ВЫБОР ПО ПСИХОТРОПУ
Секретари у него не задерживались. Они приходили и уходили, как пассажиры на вокзале. Были мужчины и женщины, пожилые и совсем молоденькие, в теле и худосочные, покладистые и строптивые, - все без исключения едва дотягивали с понедельника до среды, в лучшем случае - до конца недели. Жорж Готье их попросту выгонял. "Вы мне больше не нужны!" - приговаривал он очередную жертву, и никто - что удивительно - не пытался протестовать или хотя бы выяснить, в чем, собственно, дело, чем он (она) не устраивает шефа. Уходили безропотно и столь поспешно, что оставляли в ящиках стола всякую всячину - от губной помады и шпилек до любовных писем.
Да, он чрезмерно требователен; да, у него скверный, прямо-таки невыносимый характер. Но он этого и не скрывал, напротив, неизменно напоминал, звоня в бюро по найму: "Со мной сработаться трудно, вы же знаете". Его знали. Узнавали по голосу.
На этот раз он не стал звонить по телефону, заявился сам.
В приемной многоопытным взглядом проследил за секретаршей: как взяла у него визитную карточку, как пошла докладывать. Уж где-где, а в бюро по найму конторских служащих должны показывать класс работы. Секретарша вызвала в нем волну раздражения. Короткая шея и - о, черт - что это она так часто лупает глазами? Этакая сова не продержалась бы у него и одного дня.
- Поверьте, мы стараемся учесть все ваши требования. Директор бюро словно оправдывался. - Возможно, какие-то нюансы... Обещаю вам, следующая кандидатура...
- Чем вы располагаете? - перебил Готье. - Я пришел узнать, кого в данный момент вы можете предложить. Попробую выбрать сам.
- Простите, но это невозможно, даже физически. У нас на учете, - директор сверился с калькулятором, - тысяча шестьсот восемнадцать человек, из них...
- Я не собираюсь инспектировать всю вашу ораву. Достаточно тех, кто соответствует моей заявке. Или их тоже... тысяча?
- Одну минутку. - Директор развернул стоявший по правую руку дисплей. По экрану побежали строчки цифр. - В пределах от сорока до шестидесяти. Не мало, как видите.
- Что значит "в пределах"? - взбурлил Готье. - Вы хотите сказать, что каждый из этой прорвы бездельников может работать у меня?
- К сожалению, не все клиенты четко формулируют, чего, вернее, кого они хотят. Ваша заявка тоже... э-э... несколько расплывчата.
Хозяин кабинета старался не задеть самолюбия привередливого посетителя и в то же время давал понять, что продолжать разговор в столь некорректном тоне нежелательно. Жан Готье фыркнул.
- Выходит, это я виноват, что вы подсовываете мне черт знает кого?
- Вы можете отказаться от услуг нашего бюро.
Черта с два! Сидел бы он здесь, если бы мог обойтись без их паршивой конторы. У него не оставалось выбора. Все другие способы найти секретаря давно уже перепробованы.
- Допускаю, что я чрезмерно придирчив, деспот. Тем не менее помощник мне нужен. И не кто попало, а человек, который не вызывал бы во мне, простите, икоту.
- Мы рекомендуем людей вполне подготовленных. Все они прошли профессиональную проверку, имеют соответствующий психотроп.
- Вы сказали "психотроп"? - заинтересовался Готье.
- Ну да. Прежде чем взять на учет, наши специалисты изучают психофизические данные кандидатов, составляют своего рода психологический портрет. Вот смотрите...
Пальцы директора проворно побежали по клавиатуре дисплея. Убедившись, что на экране то, что нужно, он утопил еще одну клавишу. Из щели ящика выползла широкая лента. Директор ловко оборвал ее и протянул через стол.
- Вот психотроп одного из наших работников. Я взял наугад.
Жорж Готье повертел в руках бумажку. Цифры, буквы, знаки.
- Скажите, - он не спешил расстаться с обрывком ленты, как долго составляется этот... психотроп?
- Два-три часа.
Жан Готье взглянул на часы. Четверть десятого.
- У меня к вам большая просьба. - Он вернул директору листок. - Я хочу иметь вот такой на себя. Предположим, что я пришел к вам наниматься на работу. Разумеется, все будет оплачено...
Перед обеденным перерывом Жан Готье вновь ввалился в кабинет.
- Вот мой психотроп! - он протянул директору карточку. Подберите по нему секретаря. И не говорите, что ваши клиенты не знают, чего и кого они хотят.
Покидая бюро, он еще раз взглянул на секретаршу-сову. Нет, она не продержалась бы у него и одного дня, это уж точно!
Они почти одновременно вошли в здание. Часы в вестибюле показывали без минуты девять. Жан Готье никогда не опаздывал и не собирался делать этого сегодня. Энергичным шагом он направился к лифту. Ктото дышал ему в затылок. Видать, тоже не хотел опаздывать. Кабина была свободна, и они, не уступая друг другу, протиснулись в дверь.
Готье нажал кнопку семнадцатого этажа. Спутник поднял было руку, но тут же опустил: и ему на семнадцатый. Краем глаза Готье посмотрел в зеркало, сердце его сжалось: спутник чудовищно кого-то напоминал.
Где-то между девятым и десятым этажами кабину тряхнуло. "О, черт!" - готово было вырваться у Готье, и он услышал:
- О, черт! - выругался спутник.
