— Что происходит? — спросил у предводительницы Хэн. — Почему вдруг опять стемнело? Огвинн взглянула в ночь и покачала головой:
— Я надеялась, вы мне объясните… Гетцерион вернулась в тюрьму. Я видела над горами ее мотобот. У нас большие потери. Если Гетцерион повторит атаку, все мы погибнем… Почему среди вас я не вижу Джедая?
Лея вздрогнула и непроизвольно вскрикнула. Она оглядела зал, словно надеясь, что Люк где-то здесь.
— Разве он не был с вами? — спросил Хэн.
— Мы видели, как он преследовал Ночных Сестер, — ответила та.
— Люк способен сам о себе позаботиться, — сказал Хэн, ради Леи стараясь говорить убедительно. — Дадим ему время. Уверен, что он объявится…
Но Лея хмурилась, глядя через пролом в долину.
Огвинн проковыляла к пролому в стене и со страхом посмотрела на небо.
— У нас много раненых. Боюсь, что только эта темнота нас и спасла. Это остановило Ночных Сестер. Я буду в Зале Воительниц, подожду, пока соберутся наши сестры.
Она устало начала спускаться по ступеням, а Хэн и Лея остались ждать целительницу. Пришла старуха и, тихо напевая, три раза провела руками вдоль тела Тенениэл. Девушка открыла глаза, и старуха сказала:
— Теперь отдохни. Ты отдала часть своей жизни, чтобы спасти чужую. Кто это был?
— Ночная Сестра, — тихо проговорила Тенениэл, взглянув на тень позади.Вон она.
Старуха подошла к Ночной Сестре, пощупала пульс у нее на шее и задумалась. Спустя некоторое время целительница встала и начала спускаться по лестнице, не оказав ведьме никакой помощи.
— Вы хотите бросить ее? Дать ей умереть? — крикнула ей вслед Лея.
Старуха замерла и, не оборачиваясь, ответила:
— У меня не так много сил, а в моей помощи нуждаются другие мои сестры. Если Гетцерион хочет оживить эту тварь, пусть пришлет свою целительницу. Но я не очень в это верю.
Леины глаза сверкнули негодованием, и Хэн, успокаивая, положил руку ей на плечо.
— Я поговорю об этом с Огвинн, — сказала Лея.
Изольдер взял Тенениэл на руки, а Лея кивнула Хэну на Ночную Сестру:
— Возьми и ее тоже.
Хэн взял ее и понес вслед за Изольдером в Зал Воительниц. От плаща Ночной Сестры пахло грязью и прогорклым жиром. Хэн положил ведьму на подушки у огня, а Лея тем временем ругалась с Огвинн. Уцелевшие сестры собрались вокруг огня, они были потеряны и угрюмы — слишком дорогой ценой племя отбило атаку. Мужчины уложили мертвых вдоль стен и принялись обряжать убитых, готовя к погребальному костру.
Наконец Огвинн согласилась на лечение Ночной Сестры, положила ладонь на ее загрубевшее лицо и тихо, протяжно запела, пока ведьма не открыла глаза. Карга лежала на подушках, глядя на всех своими зелеными глазами, превратившимися в узенькие щелки. Хэн не мог сказать, больна она или просто притворяется. Доверия она заслуживала не больше, чем гадюка. Он вдруг осознал, что предпочел бы видеть ее мертвой.
— Хэн, — сказала Лея, — я очень переживаю, где Люк? Он уже должен дать знать о себе.
— Да, — ответил Хэн, — я тоже тревожусь.
— Я… Я не чувствую его. Я не ощущаю его нигде…— Она запнулась. — Нам следует отправиться на поиски.
— Нельзя, — вмешался Изольдер. — Там, снаружи, сейчас еще очень опасно. Гетцерион улетела, но это не означает, что все ее войско бесследно исчезло. В окрестностях полно ведьм и гвардейцев…
Огвинн глухо пробормотала:
— Изольдер прав. Ты не должна выходить… Слишком большие потери. Слишком…— Она взглянула на двери зала.
Там появился Арту, вращая единственным глазом и посвистывая.
— Арту, что случилось? — спросил Хэн. — Ты что-то узнал?
Он внимательно прислушался к гудкам и свисткам дройда, не в состоянии разобрать ответ. Арту понял это и включил голограммы.
Посреди зала возникла Гетцерион. Ее тощая грудь вздымалась от напряжения.
— Что это значит, Цзиндж? — Она взмахнула руками, указывая на небо. — Это твои шутки?
Диктатор наклонился в кресле. За его спиной вспыхнули цветные прожекторы. Цзиндж был чем-то очень доволен.
— Привет, Гетцерион! Как я рад тебя видеть по прошествии стольких лет! Эта темнота… Это не шутка… Это мой подарок тебе. Он называется — орбитальная ночная мантия. Правда, подходящий презент для Ночной Сестры? Забавно, не так ли? Мантия состоит из тысяч спутников, соединенных в сеть,они отражают свет от планеты. Чудесная игрушка!
Гетцерион молча смотрела на него, и Цзиндж продолжил:
— Ты сообщила Мелвару, что генерал Соло находится у тебя. Сегодня ты выдашь его. Если тебе захочется покапризничать, мой презент останется с тобой до конца твоей жизни. Завтра в этот час ваши долины покроются снегом. Через три дня погибнут растения. Через две недели температура упадет градусов на сто ниже нуля. И все живое в вашем мире вымрет.
Гетцерион склонила голову. Лицо ее скрыл капюшон.
— А если мы выдадим Хэна Соло, ты заберешь свой подарок обратно?
— Даю слово солдата!
— Твое слово… хорошо известно, — сказала Гетцерион. — А что ты скажешь насчет моего предложения? Я предлагала тебе нашу службу…
— Да, помню, — сказал Цзиндж. — К сожалению, в моих рядах не нашлось достойного вас места…
— Тогда, быть может, ты предложишь нам место вне этих рядов?
— Не понял?
