Скорее всего, он бы проиграл этот забег. Все-таки малыш рос и начинал перемещаться быстрее, но мама ловко поймала сына, прижала и стала успокаивать. А Валику не понравилось то, что ему мешают охотиться.
— Валичек, мышка уже домой пошла, к своим деткам, — шептала она, продолжая тискать сына, — нельзя ее ловить.
Малыш, еще немного покричал для приличия, и успокоился.
— Вот ...., чуть не попался, — пробурчал Проклятый, спеша по коридору. — Миша равен мыша. Ну, или поймал мыша, ешь не спеша.
Вот так, болтая с собой и успокаиваясь, он вновь прошел мимо площадки. устремляясь в уже знакомый коридор.
Его идея была проста. Нужно проверить, выйдет ли он в то самое место, где был вчера. Если да, то вернуться за женой, и попробует вывести ее туда, пусть она осмотрится. А заодно и он потренируется видеть выход везде, где только можно.
Все получилось, и вскоре он снова оказался среди веток, снега и грязи. Но на этот раз, проход на изнанку он увидел почти сразу, видимо начинал сказываться опыт. Понимая, что время дорого, Миша поспешил обратно. Уже подходя к дому, он поймал себя на мысли, что начинает нервничать. Причем с каждым шагом все больше. Мало ли, сколько времени они тренировались? Ведь всего одна ошибка, причем неважно его, или ее, и.... все.
— Значит, ошибок не будет — сказал он.
Но вместо того, чтобы поспешить домой, просто сел на пол. Надо было все обдумать, а точнее — просто решиться.
Пока муж проверял какие-то свои идеи, Ира старалась приготовиться к походу. Она тоже нервничала, помня Этанию. Там, пока они шли к лестнице, ей очень не хотелось, чтобы их руки перестали касаться. И тут, она чувствовала, что будет то же самое. Но с учетом их ситуации, прервать их контакт сможет любая случайность.
В итоге, она решила полностью довериться любимому. Взяла сапоги и уложила их в рюкзак, который повесила на спину. В карман куртки положила нитки и еще, действительно прокрутила в памяти заклинания дающие тепло.
Затем они с Аней перетащили тумбочку, пристроив ее в дальней комнате. Оксана и Валик собрались гулять на улицу, а Аня же решила подождать и увидеть, как Ира пройдет сквозь стену.
Миши все не было, и Аня приготовила им чай с бутербродами, но у Иры не было аппетита. Да и как оказалось, времени тоже, потому что стоило Ире все-таки пройти на кухню, как она услышала голос мужа.
— О, тумбочку переставили, молодцы. Ириша, ты готова?
— Да.
— Тогда давай, а то так и не решимся. Но прошу тебя, будь осторожна! Не дергайся, когда пойдем.
— Хорошо, — и Ира, на всякий случай, пробормотала коротенькое заклятие — мантру на спокойствие.
Немного помогло, но все равно, сердце ведьмы, впрочем, как и ее мужа, колотилось где-то в районе горла.
Они встали перед стенкой, и Миша дождался, пока Ира увидит коридор, и когда исчезнет дымка перед ее глазами. Он был привязан ниткой к стоящему неподалеку стулу, а для себя решил, что попробует отпустить Иру, через тридцать своих шагов, после обрыва нити. И если он ошибся, и жена исчезнет, то и он не вернется обратно, а будет бродить по этим коридорам пока не найдет ее, либо пока не умрет от истощения.
— Готова? — спросил он еще раз.
— Да, не томи уже!
Ее нервы, несмотря на мантру, тоже были на пределе, и она скороговоркой повторяла заклинание, которое в итоге мало помогало.
И вдруг Аня, до сих пор спокойно наблюдающая за этими приготовлениями, отложила бутерброд и подошла к ним.
— Спокойно, гном, — улыбнулась она, и положила руки на затылок Иры. — Я так всегда маму успокаивала, когда она рыдала по утрам, — сказала девочка.
И вдруг ведьма ощутила, что-то вроде теплой волны, прошедшей по затылку и спине. Эта волна смыла и ее страх, и неуверенность, и Ира вдруг успокоилась.
— Это единственное, за что мама не ругала меня. Ну, почти.... — вздохнула девочка.
— Спасибо, Анюточка! — Ира действительно успокоилась, — идем, кот. Я спокойна.
— Идем! — и Проклятый двинулся вперед легко, также как на последних тренировках.
И вскоре Аня увидела, как Ира начала буквально погружаться в стену. Скорее всего, та же Оксана, сейчас бы закричала, а то и убежала, или еще хуже — поспешила бы на помощь сестре.
Но Аня лишь непроизвольно дернулась, когда казалось, что Ира расшибется о стену, а потом с интересом наблюдала за процессом. Наблюдала внимательно, пока Ира полностью не пропала, словно проглоченная стеной.
— Ух ты! — сказала она в пустоту, — надо будет и мне самой научится ходить мелкими шажками с гномиком, а потом попросить его взять меня туда!
Проговорив это, девочка ушла допивать свой уже остывший чай.
***
Все было так, и не так. Сейчас Проклятому казалось, что коридор стал больше чем раньше, неужели он подстраивается под них? Он шагал вперед, скользя рукой по стопе жены, и считал шаги. Если нить не порвется на 120 или 130 шаге, то возможно они в большой беде, и им придется вернуться.
Девяносто, девяносто один. Адреналин стучит в висках, а ладони становятся потными и это плохо. Девяносто семь, девяносто восемь..., как же хочется ускориться и проверить, что дорога не стала длиннее.
