Блондин торопливо сказал Мелании, растерянно крутившей в руках платочек, ещё несколько тихих слов, быстро наклонившись, коротко чмокнул девчонку в щёку и резко развернувшись, пошагал к магистру.
— Я готов.
— Садитесь, они знают, куда лететь, — сообщил Сарг и первый подал пример, усевшись в одну из серебристо-серых лодочек, ожидавших в тени каменной ограды.
Берест оторвался от жены, ласково шепнул ей на ушко, чтоб не скучала, опустился на сиденье своего фантома и через мгновенье исчез во тьме ночи. Следом за ним вниз, на склон, скользнул фантом уносящий Даренса, а потом мимо пронеслось еще два, и в одном из них Веся успела рассмотреть Феодориса.
Куница расстроенно вздохнула, идти к столу и продолжать праздновать как-то разом расхотелось. Если бы можно было вернуться в Южин, она так и сделала бы, но тогда забеспокоится Кася и захочет идти с ней, за ней непременно потянутся дед с княжичами. Нет, это неправильно, все они и так очень мало видят праздников, и значит, она обязана сделать беззаботное лицо и вернуться в шатер.
Рядом кто-то тихо всхлипнул, и сразу забыв о своих намерениях, Веся ринулась к стоящей у барьера одинокой фигурке, которую и рассмотрела-то не сразу. Помогла новая привычка проверять окружающих по связи со своим фантомом.
— Мила? Чего ты плачешь? Он тебя обидел? — Целительница обняла ученицу за плечи и притянула к себе, — ну, успокойся и расскажи мне, о чем ты так горько ревешь?
— Я его люблю… — жалобно всхлипнула видящая, — и ничего не могу с собой поделать.
— Замечательно, что любишь, — пряча вздох, похвалила ее Веся, — только это не новость. И далеко не главное, как ты и сама понимаешь. — Лучше объясни, чем тебя так огорчил Дарс?
— Назвал лукавой… сказал, так нечестно, сначала согласиться рассмотреть его получше, а потом убегать.
— А почему ты ему не сказала, из-за чего ты убегаешь? Из-за его спешки, он же тебя совсем не знает и не любит, а браслет надеть поторопился! Нужно было сказать, что это он поступил нечестно, назвав тебя невестой, хотя сам еще не испытывал никаких нежных чувств!
— Дарс сказал, что ему нравится мой характер, но женских капризов он не любит… — Мила снова горько всхлипнула.
— Ах, так значит, по его мнению, это каприз? — рассердилась Веся, — так вот, я точно знаю, он неправ! Это обычное желание любого человека, искренне полюбив, ждать в ответ такой же любви. Не всем она выпадает… только мы сейчас не про это говорим. Вытирай слёзы, и идем праздновать дальше, у нас в запасе три дня, чтоб спокойно все обдумать.
— Весенка, вставай!
— Кася… — куница сладко потянулась, и открыла один лукавый глаз, — если пожар, позови Лирсета. Он как раз учится воду добывать.
— Мудра, матушка, — насмешливо заметила травница, усаживаясь на стоящее неподалеку от кровати кресло, — прямо в точку угадала. Именно этим он и занят.
— Так может, я тогда еще немного посплю? — безнадежно вздохнула Веся, точно зная, спорит она напрасно.
Раз наставница заявилась сюда, где-то оставив своего обожаемого найденыша, значит, задуманное ею не терпит никаких отлагательств.
— Ну, спи, — загадочно вздохнула Кастина и поднялась с места, — но чур, потом не обижайся, что мы тебя не будили!
— Мы — это кто? Ты с дедом? — открыла второй глаз Веся.
— Нет, мы — это я, Мила и Антик.
— Вот как? — Спрашивать, где остальные, куница не стала, знает по опыту, матушка предложит встать и посмотреть, — а почему ты его так назвала?
— Ну, мы же его в Антаили нашли? Пусть будет Антил. Так я пошла.
— Куда?
— А мы внизу сидим, на кухне. Но скоро уйдем.
— Ладно, подождите меня, я быстро, — нехотя выбралась из-под одеяла Веся, — вот в кои-то веки, ни войны, ни срочной работы, ни страждущих пациентов… даже мужа, и того нет! Думала, поваляюсь хоть разочек… вчера ведь за полночь вернулись! Так нет, вам чего-то неймется!
— А вот придешь вниз, и узнаешь — чего, — лукаво усмехнулась наставница и сбежала.
— Правду говорят, с кем поведешься, от того и наберешься, — умываясь, притворно ворчала Веся, — ведь не была она такой, пока не появился этот ехидный мельник.
Однако на самом деле она ничуть не обижалась на наставницу за нарушенный сон, утро за окном было по-весеннему ясное и солнечное, в такую погоду душа так и рвется из дому. Тем более здесь, в Южине, где всё уже пышно растет и цветет.
Кухней в гостевом доме называлась уютная комнатка с очагом, буфетом и холодной кладовой, где можно было найти всё, что требуется для приготовления раннего завтрака или позднего ужина. Обедать гости обычно ходили в один из домов, где жили магистры, либо им приносили оттуда жаровни и супницы дежурные повара. И теперь, спускаясь по лестнице, Веся вдруг сообразила, что очень скоро этот многолетний уклад рухнет и именно ей придется думать о том, чем кормить домочадцев и как устроить все таким образом, чтобы не появились недовольные или обиженные.
