Когда паспорт Ирины был передан в руки секретаря для снятия копии, Тугорхан позволил себе большую непринужденность.
— Как вам это удается Дамдин-абый? — спросил он с наигранным негодованием.
— Что именно? — с легкой улыбкой поинтересовался Дамдин, уже впрочем, догадываясь, о чем пойдет речь.
— Вы перехватываете всех красивых девушек, которые попадают в наш город, — градоначальник улыбался, но трактирщик видел, что за шуткой скрывается подлинный интерес.
Провожая посетителей до порога своего кабинета, он обращался главным образом к Ирине:
— Был очень рад знакомству. Надеюсь увидеть вас еще не один раз.
Подсаживая разочарованную Ирину в бричку, Дамдин напротив, выглядел довольным:
— Я не был уверен в положительном исходе дела, но бургомистр был необыкновенно любезен и не скрывал свою симпатию. Надеюсь, что его расположение нам поможет. Оформив опекунство, можно затянуть поиски подходящей семьи до тех пор, пока ребенок сам сможет решать, с кем ему жить.
Ирина балансировала с тяжелым подносом, уставленным блюдами с запеченным кроликом с картофелем, когда до ее слуха донеслись звуки труб и барабанной дроби. Едва выполнив заказ и сгорая от любопытства, вышла на крыльцо. Там уже толпились сбежавшие из-за столов посетители, другие заинтересованно приникли к окнам.
Вдоль по улице тянулся караван из ярко разрисованных цирковых фургонов. Рядом с повозками шли кукольники и клоун, развлекая стоящих на тротуарах прохожих. Народ с интересом рассматривал редкое в городе зрелище — передвижной цирк. Зазывалы, снующие между жителей, расхваливали предстоящие представления. Эль от нетерпения прыгала на верхней ступеньке крыльца, и Ирина дала себе слово обязательно сводить ее на представление.
Какофония звуков, состоящая из цоканья копыт и грохота колес по булыжной мостовой, криков зазывал и веселого гомона оживленной до предела детворы, достигла кульминации, когда ишаки, запряженные в одну из кибиток, заупрямившись прямо напротив входа в трактир, начали надрывно орать. Ребятишки, все как один темноволосые и темноглазые, сидевшие на задке свесив босые ноги, попрыгали с повозки, и начали тянуть и понукать заартачившихся животных.
— Работы прибавиться, — раздался за спиной знакомый голос. Ирина обернулась и воззрилась на Агнию с немым вопросом. — Что? Цыгане ж в городе, — уверенно заявила, кивнув на творящийся напротив балаган.
— А то мы без работы сидели, — фыркнул стоящий рядом мужчина. — Зато повеселимся. Эх-ма! — предвкушающее хохотну он, заломив на затылок шляпу.
Агния оказалась права. Казалось бы, какое отношение имеет трактир в центре города к цирковым и цыганским шатрам на окраине, где обычно проходила осенняя ярмарка? Но в трактире стало многолюднее и шумнее. Кроме местных и тех, кто останавливался проездом, таверну заполнили гости из близлежащих деревень. Назавтра ожидалось первое выступление циркачей. Агния и Ирина сбились с ног, снуя между столов и выполняя заказы.
Дни, заполненные делами и заботами, не оставляли времени на внутренние диалоги о неопределенном визите к бургомистру. Для себя она четко решила — чиновничьи препятствия на пути к удочерению — ерунда по сравнению с тем шагом, который Ирина уже сделала — шаг из одного мира в другой, шаг навстречу своим желаниям. Цель намечена, страх временно преодолен, впереди нервотрепка, неуверенность, ошибки, которым она не позволит заслонить радость их с Эль жизни.
Как то вечером, уложив девочку спать, Ирина спустилась вниз. В кухне, обычно пустовавшей в это позднее время, в полной тишине и полумраке, разбавленном лишь слабым светом свечи, с кружкой чая в руках сидела Аделина.
— Не спится? — спросила Ирина и, налив себе ароматного напитка, села напротив. — Мы с подругой Славой часто проводили вечера за чаем с конфетами и вареньем, — вздохнула Ирина. Ей не хватало этих вечерних посиделок, когда за чашкой чая находились решения любых проблем.
— С конфетами и вареньем? — переспросила Ада.
— Это то, что покупается для гостей, а потом съедается под предлогом, чтоиначе пропадет — придется выбросить, — Ирина заулыбалась, вспоминая вечную дилемму: есть или не есть. — А чем вы себя балуется, когда хочется вкусненького? — спохватилась она, пытаясь вспомнить, что из сладкого и когда она последний раз ела или видела.
— Летом фрукты, ягоды, зимой их же в сушеном виде. Очень редко мед. Его трудно добывать. — Ада хмыкнула. — Пчелы делиться не любят.
— Да, — поспешно согласилась Ирина. Местных пчел ей довелось увидеть, и она надеялась в будущем избегать таких встреч.
— Ой, у меня же есть конфеты. Я сейчас, — спохватилась она. В ее бездонном рюкзаке все еще лежали сладости, которые она купила для крестников. Это были шоколадные конфеты, самые простые, проверенные сорта, любимые с детства, карамель в шоколаде и несколько леденцов.
Ада, полюбовавшись на фантики, откусила от «Ласточки» половинку и зажмурилась, и почти сразу ее губы расплылись в блаженной улыбке: