Иногда для того, чтобы обрести счастье, изменить судьбу, надо всего лишь поверить в себя. И в того, кто рядом. Но насколько реально это сделать, пережив боль предательства и потери... Как часто мы сами отказываемся от отношений, боясь нового предательства, боли разрыва. Убиваем в себе чувства, чтобы сохранить иллюзию свободы. Боимся впустить в свою жизнь человека, готового стать частью этой жизни. Получится ли у Алексей Константинова и Риты Коташовой преодолеть вот эти невидимые барьеры на пути к собственному счастью...
Санкт-Петербург. Лада просила приехать… К ней на работу… На его вопрос: что случилось, ответила уклончиво: «Давай не по телефону». И это не могло не насторожить. Отказавшись от планов на собственный выходной, Димка сорвался к жене. Совершенно не понравился её голос.
— Надеюсь, мы снова не разводимся? — поинтересовался он, приближаясь к молодой женщине, ожидавшей его, еще одна странность, у входа в больницу. Уж поговорить могли, если и не в её кабинете, так точно внутри здания. По крайней мере там — теплее.
— Нет, мы снова не разводимся, — заверила она, позволяя обнять себя и даже поцеловать. — Мы вообще — не разводимся, — Лада, а вот тут ошибиться не мог, нервничала. — Проблема в другом, Дим. Твой отец у нас, — закончила она на одном дыхании.
— В каком смысле — у вас? — не понял Димка, — Снова — сердце? Или неудачный трюк на съемках?
Впрочем, до сих пор Константинов выполнял киношные трюки без серьезных последствий. Если и случалась какая царапина, до больницы дело не доходило.
— Дима, он в ДТП попал. По скорой привезли.
— То есть — в ДТП? — а вот это с Константиновым-старшим никак не вязалось. Да, ездил быстро, но, в то же время, аккуратно, с соблюдением всех, ну, или почти всех, правил. — В реанимации? В каком состоянии?
— Дим, вы, хирурги, сразу всех в реанимацию отправляете, — заметила она, удерживая мужа за руку и успокаивающе продолжая, — Нет, отделался легким испугом. Ушиб ребер и подозрения на сотрясение. Несколько дней требуется полный покой и стационарное наблюдение. И то лишь для того, чтобы исключить возможные скрытые повреждения и само сотрясение. Так что в больнице где-то с неделю всё равно придется полежать. Посещение для тебя разрешено, — добавила она, предугадывая следующий вопрос мужа. — Только сначала хочу кое-что показать. Может, конечно, ошибаюсь, но мне кажется, я знаю, что отвлекло внимание Алексея Петровича от дороги и он вовремя не среагировал на выскочившую на встречную машину… — с этими словами Лада протянула мужу телефон… Телефон Алексея Константинова… — Экран разбит, но сенсор работает и пароля нет, извини, проверила, — добавила она, предложив, — Посмотри, в вайбере, последнее сообщение. И скажи: ничего не напоминает?
Фотография отличалась от той, что получила чуть менее полугода назад Лада. Здесь объятий не было. Всё, вроде, выглядело чинно. Но Рита уж слишком… тепло, смотрела на кавалера, сидящего, к снимавшему, в пол оборота… Тот, кто прислал её, наверняка отлично знал и характер Константинова-старшего и, самое главное, его прошлое, где красной линией проходил неудачный, во всех отношениях, брак с Ольгой Петровой… И краеугольным камнем значился вопрос верности второй половинки…
ЗА НЕСКОЛЬКО МЕСЯЦЕВ ДО…
1
Самый запад России. Стоя у окна, за которым давно опустилась декабрьская тьма, Коташова в пол уха слушала Маслову. И размышляла о том, что, если бы снег лежал, наверняка было бы светлее. И веселее. А так — осень, глубокая, глухая осень с календарной зимой.
Новогодняя ночь по прогнозам синоптиков обещала быть теплой и сырой. На улице почти весь день моросил дождь. А к ночи передавали плюс три! В прошлом году хоть немного припорошило к полуночи. И даже звездочки на небе были, в отличие от сегодняшнего, затянутого тучами…
—
— Нет, Ксюх, правда, своя компания, — останавливая бесконечный монолог Масловой, очередной раз солгала Рита, стараясь всеми силами избежать каких-либо гостей. — Знакомая прилетела из Крыма. Давно не виделись.
—
Коташова, задумчиво посмотрев на телефон в своей руке, нашла контакт «Алексей К», извлеченный из черного списка сегодня около полудня. Вот сейчас, в данную минуту, этот человек вполне мог стоять рядом. Или, даже, если бы не смог приехать, наверняка позвонил бы.
Впервые за, наверно, последние лет так восемнадцать, сердце с разумом оказались не в ладах. Страх снова пройти через боль потери, заставил принять решение единолично. Тряхнув головой, решительно смахнула наворачивающуюся на глаза слезу. Права Маслова была. Целиком и полностью. И если уж искать виноватых, так только в себе.
Глянула на часы. Что там подруга предлагала? Приехать в их компанию?
— Ехать или не ехать? — поинтересовалась Рита, глянув на преданно смотрящую на неё Глашку, вот кто никогда точно не предаст. — Время еще — успеваю, — добавила она вслух.
