Только когда город окончательно скрылся за деревьями, мы более-менее успокоились и сбавили шаг. Усталость, которая так и не ушла из-за вчерашних событий, не позволяла идти с обычной скоростью. Довольно быстро мы выдохлись, и Ирен объявила привал.
Я упал там, где стоял, вытянувшись на земле во весь рост. Ирен села напротив, опершись спиной о ствол дерева. Она вытащила плащ из своего заплечного мешка и расстелила на земле.
— Ложись сюда, — похлопала она по плащу. — Нечего на голой земле лежать.
— У меня свой есть, — сказал я, но послушно перекатился на ее плащ и развалился животом вниз.
— На твоем я полежу, — сказала Ирен, стаскивая с моих плеч мешок. — Сегодня больше не пойдем никуда. Лучше отдохнуть, как следует, пока есть такая возможность.
— Спасибо, — сказал я.
— Лежи, отдыхай, — сказала Ирен. — Я пойду, насобираю дров на костер.
Она ушла, оставив меня лежать одного. Конечно хотелось встать и помочь ей. Я даже попытался, поднялся на гудящие ноги и отправился следом за Ирен. Но она отправила меня обратно, заявив, что обидится, если я буду таскаться сейчас за ней. Пришлось вернуться и упасть обратно на плащ.
Ирен вернулась спустя полчаса с большой охапкой сухих веток. Сунув руку в мой заплечный мешок, она вытащила оттуда котелок, миски и черпак. Миски с черпаком она положила на мешок сверху, а с котелком ушла обратно в лес.
— Тут рядом ручей есть, — сказала Ирен, вернувшись с полным котелком воды. — Так что сегодня у нас будет суп.
Я не возражал, тем более, по тону Ирен было ясно, что возражения не принимаются. Она разожгла костер и повесила над ним котелок. Затем достала уже из своего мешка наши запасы еды. Это было вяленое мясо, сыр и сушеные коренья, по вкусу похожие на картошку. Изначально продукты нес тоже я, а в мешке за плечами Ирен лежал только плащ. Но, после очередного моего падения, еда была извлечена из моего мешка и перекочевала к Ирен. По ее же инициативе.
В кипящую воду отправилась часть мяса и несколько сушеных корешков. Немного подумав, помешивая суп, Ирен забросила туда еще и кусок сыра. Покрутившись у котелка минут десять, Ирен сняла его с огня и повесила в стороне. Попробовав содержимое, она удовлетворенно кивнула и начала разливать суп по мискам.
Суп, как это ни странно, на вкус оказался не так уж и плох. Неужели я начал привыкать к готовке Ирен? Или у нее просто случайно получилось нормальное блюдо? Как бы там ни было, суп зашел хорошо, я даже вторую порцию съел, под довольным взглядом Ирен.
— А в вашем мире что едят? — Спросила Ирен, зачерпывая суп ложкой.
— Да то же самое, что и у вас, — ответил я. — Мясо, овощи, фрукты. Ну, рыбу еще и орехи всякие.
— О, рыба! — Воскликнула Ирен. — Обожаю рыбу. А ты знаешь какие-нибудь интересные рецепты?
— Я не очень хорошо готовлю, — ответил я. — Могу только картошку пожарить, да яичницу.
— Жаль, — сказала Ирен. — Интересно было бы попробовать.
Так мы и болтали, до вечера. На этот раз наш сон никто не беспокоил, чему я был несказанно рад. А утром снова отправились вперед. Я по-прежнему шел впереди, поэтому первым заметил участок леса, со знакомой мне желтой травой. Трава росла полосой шириной метров десять и протянулась это полоса поперек нашего пути.
— Болотник где-то, — сказала Ирен, глядя на полосу травы.
— Болотник? — Спросил я. — Что это?
— Это монстр такой, — ответила Ирен. — На слизня похож, только чуть крупнее лошади и со щупальцами.
— Ага, — вспомнил я свои ночные приключения. — Видел такого. Еле живым уйти смог.
— На тебя напал болотник? — Удивленно вскинула брови Ирен. — И ты молчал?
— А чем тут хвастаться? — Развел я руками. — Ну напал и напал. Весь сон мне испортил, только.
— Действительно, — хмыкнула Ирен. — Так-то, болотник трусливый очень и сам обычно не нападает. Хотя монстром считается сильным.
— А почему болотник? — Спросил я.
— Потому что они на болотах обычно живут, — Ответила Ирен. — На болотах, да здесь, в лесу этом. Вечный лес вообще всех монстров континента у себя собрал.
— А эта желтая трава как с ним связана? — Поинтересовался я.
— А это он охотится так, — Сказала Ирен. — Эта трава, она того, кто в нее ступит, опутывает и не дает уйти. Чем-то на паутину похоже. Только паук знает, когда добыча попалась, а болотник нет. Поэтому обычно они одну или две полосы рисуют и ползают вдоль них туда-сюда.
— Интересно, — сказал я. — И что, это полоса через весь лес идет?
— Нет, — сказала Ирен. — Трава эта из слизи вырастает, которую болотник выделяет. Траву нужно все время этой слизью подкармливать, иначе начинает засыхать. А слизи болотник много выделять не может. Поэтому, не думаю, что общая длина этой полосы больше полукилометра. Так что давай обойдем ее и все.
Так мы и поступили. Полоса закончилась намного раньше, чем предсказывала Ирен. Самого болотника видно не было, так что мы поспешили уйти от этой полосы подальше. Встретиться с этим чудищем еще раз мне не очень хотелось. Ирен, думаю, тоже.
Пройдя по лесу пару часов, мы решили сделать привал. Никаких следов болотника нам больше не попадалось. Чему я был несказанно рад.
