В ночь после бунта в Королевской Гавани Санса решает отблагодарить своего спасителя. Ну а что из этого вышло - увидите сами :)
========== Хроника одной ночи ==========
Закатное солнце давно уже скрылось за горизонтом, но ночь, казалось, никак не могла вступить в свои права. На город не опустилась желанная прохлада, за окном мерцало зарево пожара, разразившегося в Блошином конце Королевской Гавани, а в воздухе витал запах пепла и смрада, пропитавший каждый уголок девичьей опочивальни. Весь ее мир сузился до размеров маленькой комнаты, ставшей для нее тюрьмой, в которой все пропахло обманом, отчаянием и смертью. Их источала изысканная мебель, великолепные наряды, драгоценности, даже хрупкое девичье тело.
Каждый раз закрывая глаза, Санса мысленно возвращалась к событиям минувшего дня, и холодный пот выступал у нее на лице. Ей казалось, что толпа снова обступила ее со всех сторон, протягивая к ней грязные руки. Она плакала, умоляла, сулила несметные богатства и снова плакала, но все оказались глухи и слепы к ее призывам. Ни боги, ни люди не отвечали на ее молитвы. Она вновь почувствовала, как чья-то грязная рука впилась ей в бедро, пытаясь стащить с лошади, пока другой голодранец удерживал поводья. Мысленно девочка уже простилась с жизнью и со всем, что было когда-то дорого, готовясь к тому, что волна ненависти, захлестнувшая жителей города, навсегда поглотит ее хрупкое тело. Сквозь пелену слез, застилавшую глаза, Санса видела лишь расплывающиеся силуэты, окончательно потеряв равновесие, но в этот момент почувствовала, как сильная рука вернула ее в седло.
Помощь подоспела в тот момент, когда надежды на спасение совсем не оставалось, и пришла она не от блистательных рыцарей в золоченых доспехах, а от злобного королевского Пса, отбившегося от своего хозяина в дикой давке. Ее уши пронзил дикий вопль, заставивший девушку выскочить из кровати. Несколько секунд Санса находилась на грани двух реальностей, соединенных между собой незримым мостом. Одна часть ее души до сих пор пребывала в объятьях кошмарного сна, другая тянула ее в не менее отвратительную действительность.
— Это всего лишь сон, — проговорила она, рухнув на влажные от пота простыни.
Желание вырваться из постылой комнаты превратилось для нее в жизненную необходимость, и, облачившись в простое платье из зеленого бархата, девушка направилась к двери. Все золотые плащи были брошены на борьбу с восставшим городом, а у рыцарей Королевской Гвардии были обязанности поважнее, чем сторожить дочь изменника, поэтому радуясь кратковременной свободе, девушка побрела по извилистым коридорам замка.
Один проход сменял другой, за ним шел третий, на вид в точности такой же, как предыдущий. Санса брела бесцельно, пытаясь смирить сердце, которое готово было вырваться из груди. Казалось, что она — единственное живое существо, запертое в огромной твердыне. Даже солдаты, безмолвно стоявшие на стенах замка, виделись ей бесплотными тенями, мерцавшими в отблесках огня. Девушка остановилась как вкопанная, когда ноги сами вывели ее к казармам Королевских Гвардейцев. Здание как будто опустело, устремив на нее десятки черных глазниц, в которых изредка виднелись отблески свечей, пускавшихся в пляс под легким дуновением ветра.
Какое-то время Санса стояла в нерешительности, вглядываясь в темные окна, а потом, словно ведомая невидимой рукой, направилась вперед. Деревянные ступени предательски скрипели под ногами, нарушая тишину, царившую вокруг. Она прошла по прямому коридору, оставляя за собой несколько темных дверей, и остановилась у той единственной, сквозь которую пробивалось слабое свечение.
Поддавшись неведомому порыву, девушка потянула за ручку и, словно тень, проскользнула внутрь.
Комната была погружена в приятную темноту, нарушаемую светом единственной свечи, стоявшей на узком деревянном столе грубой работы. У каменной стены, изъеденной трещинами, располагалась узкая, но длинная кровать, наспех прикрытая шкурами, а слева от нее находился таз, наполненный водой. В углу валялись наспех сброшенные доспехи, покрытые запекшейся кровью, копотью и грязью. Шлем в виде собачьей головы лежал в стороне от них, оскалив на девушку ряды острых зубов.
«Видимо, я не ошиблась», — мельком пробежала мысль в ее голове.
— Святая Дева, неужели Пташка сама прилетела в конуру к бешеному Псу, чтобы прощебетать ему очередную бессмысленную чепуху? Или же она хочет приласкать псину, защитившую ее от нашествия крыс?
При звуке его резкого голоса Санса в страхе подпрыгнула, отступая к стене.
— Я… я не слышала, как Вы вошли… си… — запинаясь, проговорила девушка, оборвав фразу на полуслове.
— Ах, теперь, значит, я должен стучаться, входя в собственную комнату?
Клиган был обнажен до пояса, все тело и лицо его были покрыты плотным слоем пыли и крови, наполнившей воздух тягучим запахом. Санса, только сейчас поняв всю неловкость данной ситуации, стала лихорадочно прятать взгляд. Ей, как благородной леди, не пристало находиться наедине с мужчиной в подобных обстоятельствах и тем более бесстыдно рассматривать его тело.
