Ему пришлось признать, что польщен. А также возбужден не только из-за окружающей обстановки, но также из-за слов Каспера. Волнующе быть желанным мужчиной с его очевидной властью и положением в обществе.
Он облизнул губы, страстно желая попробовать то, что обещал этот мужчина.
— Я многое могу тебе дать, только если ты этого захочешь, — предложил Каспер и опустил взгляд на свою промежность. — Я могу дать тебе кое-что из этого прямо сейчас.
Не возникало сомнений, что он подразумевал под этим.
Черт возьми, Томас хотел этого. Без колебаний он положил руку на плечо женщины и удержал ее.
— Прервись. Я позабочусь об этом.
Каспер улыбнулся ему, когда женщина поспешно удалилась, и Томас занял ее место.
— Я не собираюсь отсасывать, как женщина. Это будет намного лучше, — пообещал Томас, проводя руками от колен Каспера до бедер, где стоял великолепный член, блестящий от влаги. Он дернулся, словно подтверждая его слова.
— О, я в этом не сомневаюсь.
Томас склонился и лизнул голову члена Каспера. Дрожь пробежала по телу его спутника, и он улыбнулся про себя. Он своими руками превратит этого мужчину в масло. Ощущение, похожее на власть, окутало его. Это было в новинку, и все же ему нравилось чувство, что он может поставить этого мужчину на колени. От этого вызова Томас не мог уклониться.
— Но, пока я этим занимаюсь, ты сделаешь кое-что для меня. Расскажешь мне о себе. И с каждой крупицей информации, которую ты мне дашь, я буду сосать сильнее. — Томас обхватил губами головку члена Каспера и скользнул вниз по нему, принимая до самого основания.
Каспер задрожал под ним, прежде чем Томас отстранился.
— Начинай сейчас, — потребовал он и обхватил его яйца, поглаживая ногтем тугой мешочек, чувствуя, как его охватывает трепет, когда Каспер вздрогнул, и капля влаги стекла с его члена.
Каспер тяжело дышал.
— Я лидер группы мужчин, у которых есть определенный склонности.
Томас вновь прильнул губами к набухшей плоти и сомкнул губы вокруг него, засасывая глубоко внутрь.
Каспер застонал и приподнял бедра.
— У нас есть свои безопасные места, где мы встречаемся. Где предаемся своим фантазиям.
Томас обхватил рукой основание члена и вновь втянул его, позволив стержню Каспера выскользнуть из его рта, только чтобы через долю секунды снова захватить его, увеличивая темп. Он сжал его одной рукой, пока другой нежно играл с яйцами.
Он еще не встречал мужчину, который мог бы устоять перед его прикосновениями, которые, как он знал, более дразнящие, чем ласка женщины.
Потому что он лучше любой женщины знал, чего хочет мужчина.
— Никто не может к нам прикоснуться. Мы сильны. Они никогда до нас не доберутся. — Каспер тяжело дышал, его бедра неистово двигались, чтобы усилить трение, все сильнее и быстрее входя и выходя изо рта Томаса. — О, черт, ты хорош!
Грудь Томаса наполнилась гордостью. Именно ради этого он жил: искать удовольствие и получать их взамен.
— И однажды, нам больше не придется прятаться. Однажды, они примут нас.
Томас услышал эти слова и хотел в них поверить, но не мог. Никто никогда не примет таких извращенцев, как он. Ему всегда придется скрываться. Но, если его тайное место будет таким, как это, личным логовом беззакония, где грех всегда в меню и порок на первом месте, он сможет с этим жить.
Отдавшись своему занятию, Томас лизал и посасывал до тех пор, пока Каспер, наконец, не сдался и не содрогнулся. Прошли долгие секунды, прежде чем он окончательно затих, его голова откинулась назад, а тело полностью обмякло.
Томас поднял голову и посмотрел на него. Увиденное заставило его упасть навзничь и попытаться сбежать. Но у него не было ни единого шанса. Когда он свалился на спину, Каспер запрыгнул на него, и, широко расставив ноги, оседлал. Сильные руки тисками сжали запястья Томаса, пригвоздив их к полу рядом с головой.
Каспер сверкнул белыми клыками, зарычав, как зверь.
— А теперь, мой дорогой, ты послушаешь меня. Твоя маленькая попытка контролировать меня была хороша, но не обольщайся: я позволил тебе руководить ради собственного удовольствия. Потому что временами нам всем нравится подчиняться. Временами мы наслаждаемся, когда нами управляют и играют. Но я решаю, когда, где и как. Ты это понимаешь?
Оцепенев, Томас кивнул, не в силах выговорить ни слова, потому что весь воздух вылетел из его легких. Что Каспер такое? Каким существом был этот мужчина? Нет, он не мужчина. Не мог быть мужчиной.
Он был зверем.
— Я нахожу тебя интересным. — Он потерся своих все еще полуэрегированным членом о пах Томаса. — И чрезвычайно сексуальным. Но я не позволю своим низменным инстинктам брать надо мной верх. Я мастер. Я решаю, что случится, когда это случится и как. И так уж случилось, что я решил сделать тебя своим спутником. — Он позволил улыбке коснуться губ. — И не только потому, что ты мастерски сосешь член.
