Абсолютно несчастная, раздавленная жестоким приказом, Людмила постаралась как можно незаметнее покинуть поляну. Агате стало ее жалко, и она шепотом спросила:
– Ты не слишком суров к ней?
– Не слишком, – отрезал Альфа своим особенным голосом. Потом вспомнил, с кем говорит, и сменил тон. – Людмила забылась. Предавая тебя, она предала весь клан. Наш кодекс предполагает за такое деяние смерть, так что я еще очень добр.
Агата потупилась, но все же спросила:
– А что… если… наши дети… все же будут людьми?
Егор улыбнулся:
– Ничего страшного не случиться. Клан выберет себе нового Альфу. Их обычно рождается все же больше, чем один на клан. Просто Альфы, которые не нашли себе места, становятся Бетами.
Эти слова немного успокоили девушку. Егор не стал ей объяснять, что часто будущего Альфу из клана изгоняли. Не только медведи жили отшельниками – одиночки были у всех видов оборотней, просто жили они все равно неподалеку, и в случае необходимости могли принять клан под свою руку.
Едва Людмила ушла в сопровождении мрачного Ильи, как Егор повернулся к жителям поселка и продолжил:
– Очень жаль, что нас прервали, но я хочу всем напомнить, что мы собрались здесь, чтобы подтвердить союз сразу двух истинных пар!
Волки зааплодировали.
– Поскольку наши половинки – люди, свадьбы по человеческим обычаям состояться на следующей неделе. А сегодня мы отметим так, как принято в Сером логе!
Жители поселка поддержали своего главу веселыми криками, и ринулись к столам.
– А как у вас принято отмечать свадьбы? – запоздало решила уточнить Агата.
– Очень просто, – Егор привлек любимую ближе, – пока все жители поселка пируют и веселятся, молодые… уединяются!
Подхватив девушку на руки, Альфа в три прыжка скрылся с ней в лесу, а все остальные участники веселья сделали вид, что ничего не заметили!
Потом Агата бежала по лесу рядом с огромным серым зверем, и ее сердце билось от непонятного ей самой предвкушения. Низко висящая луна вела парочку к реке.
Только у воды Альфа сменил ипостась и немного рассказал Агате о том месте, куда они направляются. Причем оба продолжали бежать вдоль берега.
Оказалось, буквально в паре километров от поселка, у воды, стоят “брачные домики” – несколько простых однокомнатных избушек с просторными кроватями и скромным запасом продуктов.
По словам Егора, сюда сбегали молодожены, чтобы провести брачную ночь подальше от любопытных и слишком чутких ушей. Нередко и молодые родители из поселка, подкинув малышей бабушкам и дедушкам устраивали себе короткий медовый месяц, наслаждаясь тишиной и уединением.
Правила просты – что-то истратил – принеси, что-то испортил – замени. В остальном – оставь все так, как было до тебя.
– Посмотрим, кто сюда успел раньше, – вдруг тоном заговорщика сказал Егор, выбегая на очаровательный пляж. Ближе к лесу стоял домик, похожий на пряничную избушку из сказки. Такой весь ладный, нарядный, изукрашенный резьбой и наличниками. – Успели! – радостно объявил он, потянув носом.
Как только они с Агатой поднялись на высокое крыльцо, из леса выбежала Валерия, тащя за собой Филиппа. Увидев, что домик занят, она расстроенно фыркнула, потом вдруг усмехнулась и потащила жениха дальше.
– Там есть еще один домик? – на всякий случай уточнила Агата.
– Есть, есть! – заверил ее Егор. – Просто этот считается самым красивым. А вообще, клан у нас большой, так что “брачных домиков” целых пять. Три здесь и два на другом берегу.
– У вас так много свадеб одновременно? – слегка рассеянно уточнила Агата, поглаживая восхитительно гладкие деревянные перила.
– У нас так много бывает желающих провести время только вдвоем, без пригляда всех жителей поселка, – шепнул Егор, увлекая возлюбленную в спальню.
– Кажется, меня сейчас стошнит, – схватилась Валерия за шею, и взгляд ее заметался по комнате.
Довольно маленькой комнате, надо сказать, в которой народу набилось больше, чем она могла вместить. Хорошо хоть, женщины растянулись по периметру, освобождая середину невестам. А пришли они все сюда, чтобы нарядить девушек к свадьбе, как того требовали обычаи.
Не первый раз волк брал в жены человеческую девушку. И все женщины клана, кто желал и мог, присутствовали при одевании невесты. Они и брачную песню напевали, которую Агата раньше не слышала. Должно быть, традиция такая шла из старины. И к одежде ей прикасаться не разрешили. Начиная от белья и заканчивая цветами на фате, во все это ее обряжали чужие руки, не забывая петь песню. И все это казалось Агате настолько необычным, даже экзотическим, что от процесса она получала тайное удовольствие.
А вот с Валерией дело обстояло куда как хуже. Волчицы тоже выходили замуж за людей, но гораздо реже. Последний раз такое случилось без малого пятьдесят лет назад, и брак тот не продержался долго. Закончилось все тем, что волчица утратила возможность оборачиваться человеком и ушла жить в лес в волчьей ипостаси. И почему-то именно в день свадьбы Валерия ни о чем другом и думать не могла. Она только и делала, что хныкала, жаловалась и капризничала по поводу и без.
