Мать замечала эту недопустимую дружбу, но не придавала ей значения. Считала, что когда Гелаэлла начнет питаться сама, бывший друг превратится для нее в ужин, и не более. Сейчас же, пока «хоботок» еще не достиг стадии созревания, кормление происходило с помощью материнского. Раз в день, обычно вечером, мать усаживала Гелаэллу на колени, открывала ей рот, и проталкивала туда собственный «хоботок». Кровь свободно поступала по пищеводу, питая девочку. Гелаэлла любила эти минуты – тогда ей казалось, что с матерью их связывает нечто более сильное, чем физическая связь. От природы девочке достался необычный для вардоков дар – эмпатия. Она безошибочно ощущала, что чувствуют окружающие. С самого раннего детства ее больно поражало, насколько стараются сдерживать эмоции вардоки. Они не были столь бесчувственны, как хотели казаться, но постепенно маска холодности становилась второй натурой. В какой-то степени мать была привязана к Гелаэлле, в минуты кормления становилась ближе к ней. Но она никогда не позволяла себе обнять ее или поцеловать, как делали матери крунилов со своими детьми.
Гелаэлла и потянулась к Дрикку именно потому, что от него исходили волны тепла, обращенного к ней. От остальных же ощущался холод или страх. Эта необычная дружба была важна для них обоих. Мать же считала, что Гелаэлла завела домашнего питомца и со временем это пройдет. Сегодня Дрикк с Гелаэллой случайно подсмотрели, как парень и девушка крунилы целуются. Гелаэлла непонимающе спросила, зачем они это делают. Мальчик удивился вопросу:
– Ну, они же любят друг друга.
Так в первый раз Гелаэлла открыла для себя неизвестное слово «любовь». В языке вардоков оно употреблялось так редко, что она даже не знала о его существовании. Оказывается, для крунилов выражать любовь – вещь вполне обычная. Гелаэлла подумала, что, наверное, именно поэтому вардоки и не желают проявлять эмоции – уподобляться низшей расе.
– Это приятно, когда прикасаешься ртом к губам другого? – размышляла она вслух, наблюдая за парочкой.
Дрикк неожиданно чмокнул ее в щеку. Гелаэлла вздрогнула и повернула к нему лицо, а мальчик робко коснулся губами ее губ. Ощущение оказалось для нее непривычным, но приятным, от него появилось щемящее чувство нежности.
– Зачем ты это сделал? – спросила она мальчика.
– Потому что я люблю тебя, – непривычно серьезно сказал он.
– И я… – неожиданно для себя выпалила Гелаэлла, тут же устыдившись своих слов.
