Вы были избраны. Эти три слова меняют всю жизнь Вайолет Спенсер, когда, вопреки ошеломляющим шансам, ее выбирают на «голосовании принцесс». Академию Арбон ласково называют школой для королевских особ. Поступить туда могут только богатые, влиятельные или наследники престола… за исключением одного студента-стипендиата, принимаемого раз в пять лет. Это всемирная лотерея, и Вайолет приняла в ней участие, не задумываясь об этом. Но СМИ ошиблись, Академия Арбон — это нечто большее, чем просто колледж для будущих лидеров. Это темный мир политики, интриг и опасных парней, которые не остановятся ни перед чем, чтобы добиться своего. Несмотря на все старания остаться незамеченной, Вайолет оказывается пешкой между двумя самыми могущественными монархиями в мире. Принц Раф из Швейцарии и принц Алекс из Австралазии — злейшие враги как на футбольном поле, так и на политической арене. Монархии правят миром, и каждый вздох принцев — это соревнование. Контролируй мяч. Контролируй мир. Контролируй Вайолет. Будь то любовь или ненависть, кто-то в конце концов победит. *Это первая книга мрачного романа о колледже. Это не традиционный любовный треугольник, но в нем есть принцы-мудаки, мерзкие принцессы и одна цыпочка, которая не станет терпеть их дерьмо, делая при этом все возможное, чтобы остаться в живых.
Джеймин Ив и Тейт Джеймс
ВЫБОРЫ ПРИНЦЕССЫ
Короли Академии Арбон — 1
Глава 1
— Вайолет Роуз Спенсер.
Я застонала. Я буквально только что села на потертый диван, и, конечно, именно сейчас из громкоговорителя прозвучало мое имя.
— Кое-кто хочет тебя, цветочная сучка, — усмехнулась девушка рядом со мной, и издевательский смешок слетел с ее губ. — Должно быть, приятная перемена.
Да, да, я была сиротой. Но она тоже была сиротой, так что оскорбление действительно не было таким сильным. Как и издевательство над моим — цветочным именем. Я к нему привыкла.
— По крайней мере, наконец-то назвали мое имя, — сказала я ей, мило улыбаясь. — Твоя последняя приемная семья отправила тебя обратно через два дня. Новый рекорд, не так ли?
Ее улыбка погасла, и я отвернулась, оставив ее кипеть от злости.
— Да пошла ты, Вайолет, — крикнула она, но я уже была в конце коридора, и не обращала на нее внимания.
— Вайолет Роуз Спенсер, — снова позвала надзирательница, вызвав еще больший смех у меня за спиной.
Моя мать подарила мне одну вещь: мое имя. Фиалки и розы были двумя ее любимыми цветами, по словам медсестры, которая была с ней, когда у нее открылось кровотечение и она умерла на операционном столе, оставив меня сиротой.
Очевидно, она никогда не упоминала об отце, и до сих пор никто не заявил своих прав на меня.
— Вайолет Роуз Спенсер, у тебя есть пять минут, чтобы подойти к старшей сестре.
На этот раз в голосе надзирательницы прозвучало раздражение, но я не стала торопиться. Я больше не была под опекой государства. Неделю назад мне исполнилось восемнадцать, и они больше не могли меня наказывать. Я была здесь только в ожидании окончательного оформления документов — вероятно, из-за этого и была эта повестка, прежде чем я перейду в колледж. Государственный колледж, конечно, но впервые я смогла бы контролировать свою жизнь. Свобода делать свой собственный выбор, вместо того, чтобы мотаться по приемным семьям по прихотям людей, которые хотели поиграть со мной в семью.
— Ви! — закричала Мередит, бросаясь через комнату. Мередит Моссман, с ее волосами цвета клубники до талии, большими голубыми глазами и округлостями на протяжении многих дней, была самым близким мне человеком в этой дыре. Дружба, рожденная обстоятельствами, учитывая, что она была одной из пяти других девушек, с которыми я делила комнату в течение последних нескольких лет. Мы с ней собирались жить в одной комнате в колледже, когда получили письма о приеме. Надеюсь. У нас был план Б на случай, если это не сработает.
— Там кое-кто в гостиной ждет тебя, — прошептала она. — Мужчина, которого я никогда раньше не видела. Ее голос упал еще ниже. — Он вроде как горяч в старомодном смысле.
Это заставило меня на мгновение задуматься, потому что оформление документов не должно требовать участия постороннего человека. И к тому же горячего незнакомца. Может быть, старшая сестра наконец-то получила что-то, что могло бы улучшить ее темперамент.
— Есть только один способ узнать, — сказала я, беря Мередит под руку и таща ее за собой. У старшей сестры был кабинет в передней части дома для престарелых. Именно здесь она делилась хорошими и плохими новостями, наказывала нас и пряталась, когда заканчивала с детьми за целый день. А учитывая, что приют Миссия был одним из крупнейших в Мичигане, в нем одновременно проживало пятьдесят детей, она часто пряталась.
При таком количестве детей под одной крышей, пусть и большой, существовал реальный потенциал для насилия и коррупции, но старшей сестре удавалось держать это под контролем. Одно я могу сказать об этом месте: я никогда не чувствовала себя в безопасности. В отличие от многих других — домов, в которых я выросла.
Когда я постучала, надзирательница подняла глаза, как и мужчина, который сидел напротив нее в мягком кресле. Красивое кресло. Если вам не удавалось сесть на него, вы оставались на старом шатком табурете, который стоял в углу.
— Вайолет, пожалуйста, заходи, — сказала надзирательница, жестом приглашая меня войти. — Мисс Моссман, вы свободны.
— Вайолет, пожалуйста, присаживайся. — Она великодушно махнула в сторону табурета, и я вздохнула, выдвигая его.
