Прежде чем попасть в авиабизнес класса люкс, я прошла кучу тестов на стрессоустойчивость. Результаты у меня были отличные. Где это всё сейчас, спрашивается?!
Трясущимися руками нажимаю кнопку на кофемашине. Но не только руки трясутся — меня всю колотит. Этот Григорий Александрович — вылитый Грог! От него пахнет дорогим парфюмом и… человеком. Грог не может пахнуть, как человек. Мой нюх не обманешь. А что с глазами делать?!
— Слава, — хватаю за руку капитана, который идёт мимо меня в кабину, — напомни, куда мы летим?
— Юва, ты в порядке? — он обеспокоенно смотрит на меня. — Не помнишь, куда мы летим?
— Помню, — прикладываю ладонь к взмокшему лбу. — Я пошутила.
— Присядь, шутница, — усаживает меня в моё кресло. — Бледная… Точно всё в порядке?
— Да. Надо кофе подать.
Две мини-чашечки эспрессо, чтобы пассажиры успели выпить его до взлёта. Через двадцать минут в небе я подам им белое вино, а ещё через пятнадцать — предложу им еду. Я всё помню, а значит, со мной всё в порядке! А то, что я на минутку забыла направление полёта, вообще ничего не значит. В Стамбул летим.
— Свисти, если что, — Слава качает головой.
С командой мне повезло. Слава — капитан — мировой мужик. Говорят, он никому из бортпроводников, с которыми работал, не позволял называть себя по имени. Требовал обращаться к нему исключительно по имени-отчеству. Но не со мной. Второй пилот — Женя — тоже очень хороший мужчина. Мы друг друга всегда страхуем.
Самолёт готовят к взлёту, а я подаю гостям эспрессо. Михаил обсуждает с Григорием сделку. Нефть как всегда. И всё как всегда. Кроме того, что я не могу заставить себя не пялиться на гостя. О, луна, как же он похож на Грога! Вылитый!
Рыжая как знала, когда напомнить мне красивой фразой о хозяине. Прямо накануне полёта.
Мужчины обсуждают дела, а я предупреждаю, что мы скоро взлетаем, прошу их пристегнуть ремни безопасности и, забрав чашки, ретируюсь в кухню.
Взлёт. Белое вино. Устрицы. Улыбки. Шутки в кассу. Сервис — всё включено.
Чего мне стоит вести себя обычно рядом с этим Григорием, знает только луна.
Но, наконец, самая напряжённая часть работы с гостями закончена — у меня есть минут тридцать, чтобы выдохнуть. Усаживаюсь в кресло в кухне и закрываю глаза. Браслет на руке вибрирует — Михал Михалыч зовёт. Выдохнуть не успела, снова в бой. С собственными душевными терзаниями в основном.
— Ювочка, сколько нам ещё лететь? — вежливо интересуется босс.
— Около двух часов, чуть-чуть больше, — улыбаюсь мягко.
— Тогда постель мне сообрази. Полночи сегодня не спал.
— Да, конечно. Сейчас всё сделаю.
В салоне нашей птички есть не только переговорная, гостиная, кухня, но и спальня. В коротких перелётах её редко используем, но Михаил Михайлович человек немолодой, а сегодня ещё и не в форме. Хочет поспать в небе с комфортом. У меня на этот случай всё готово. Остаётся только снять с кровати покрывало, взбить подушки и включить лёгкую классическую музыку. Шеф натянет маску для сна и захрапит.
Спальня готова, босс счастлив — закрывает дверь, а я иду по салону мимо Григория. Спиной чувствую его взгляд — до мурашек, чёрт бы его побрал! Ощущения такие же, как с Грогом. Больная у меня фантазия…
— Стой, — негромко, но властно командует гость.
Как Грог…
— Помочь вам разложить кресло? — оборачиваюсь и с улыбкой пытаюсь угадать желания пассажира.
— Нет. Присядь, — показывает взглядом на сиденье напротив него.
Держу лицо, но хочется в обморок. Сердце молотит, мозг в отключке, а ноги идут.
Опускаюсь в кресло:
— Григорий Александрович, я…
— Тс-с, — прикладывает палец к губам и мягко улыбается. — Помолчи.
Молчу. А Григорий проходится по мне однозначно оценивающим по-мужски взглядом. Ох-х… Только этого не хватало!
Полтора года летаю, и никогда у меня не было интрижек с пассажирами. Я так радовалась, что мой шеф в возрасте и вообще глубоко женат, а его гости — семья или деловые партнёры — приличные люди. Конечно, я знаю, как вести себя в подобных ситуациях, но пока эти знания — теория. И я не уверена, что смогу применить их правильно. С Григорием это будет непросто.
— Тебе нравится работа? — спрашивает, глядя на меня с хитрым прищуром.
— Да, — отвечаю словно под гипнозом.
У него даже голос, как у Грога! И этот его взгляд!.. Как это вообще возможно?!
Сердце сжимается до боли. Я снова чувствую себя Ювой из Дестроя. Я была привязана к моему создателю. Любила его. И мучилась. Грог не мог ответить на мои чувства. Но я не хотела уходить…
Время для меня замирает, а пространство расширяется до бесконечности. Я в этой нереальности вместе с хозяином. Снова. Опять. Это безумие!
— Ты счастлива? — новый вопрос Григория выдёргивает меня из воспоминаний.
Какая ему разница, счастлива я или нет? Сейчас начнёт намёки делать или вообще прямо предложит с ним переспать. У богатых дядек свои заскоки. А у меня в голове то, чему учили в школе бортпроводниц. Инструкции, как вежливо отказать таким вот нахалам. Главное, сохранять спокойствие.
