Девушка глубоко вздохнула, пытаясь собрать мысли в кучу. Единственный выход преграждал Антон Владимирович. Оставалось надеяться лишь на то, что кто-то появится и спасёт её. Но в такое позднее время в спортивном центре остались лишь они. Мужчина криво улыбался и мерил шагом свой край бассейна, но вдруг он стал обходить его. Сабрина дёрнулась и побежала к двери. Кроссовки хлюпали по плитке. Тренер тоже сорвался с места. Она дёрнула ручку, но влажная ладонь соскользнула. Антон Владимирович мигом настиг её и схватил за мокрую футболку, притягивая к себе. Его сильная рука обняла её за плечи, а вторая достала из кармана раскладной нож. Сабрина попыталась вырваться, но холодное лезвие коснулось шеи.
— Только хуже себе сделала, — он покачал головой и усилил хватку.
— Не надо, — промямлила девушка. Слёзы защипали глаза, а губы стали дрожать вместе со всем телом.
— Мне очень жаль, я даже привязался к тебе, — мужчина грустно улыбнулся и хотел уже сильнее надавить ножом на её шею, но дверь, ведущая в кабинет, распахнулась.
Сабрина подняла на неё замыленные глаза и заметила Арсения в форме. Он выставил перед собой пистолет и направил на тренера. Его брови сдвинулись к переносице, а руки уверенно сжимали оружие.
— Отпусти её! — воскликнул Морозов, делая несколько шагов в их сторону.
Антон Владимирович сначала громко рассмеялся, а затем набрал побольше воздуха и раскрыл рот.
— Закрой уши! — как можно громче крикнула Сабрина и зажмурила глаза.
Раздался громкий оглушающий звон. Арсений закрыл уши ладонями и скривил лицо. Стекло, за которым скрывались яркие лампы, сначала треснуло, а затем разбилось и упало на пол и в бассейн. Следом за ним последовали и окна. Парень упал на колени, выронил пистолет и с силой прижал руки к ушам, жмуря глаза. Антон Владимирович ослабил свою хватку, и Сабрина смогла двинуться. Она собрала все свои силы в кулак и толкнула начальника в воду. Он пытался удержать равновесие, но не смог. Звук затих. Мужчина оказался в бассейне с головой. Девушка подбежала к Арсению и села рядом с ним, касаясь плеч.
— Ты слышишь? — она немного потрясла его. Тот раскрыл глаза и посмотрел на подругу, опуская руки.
— Да, — тихо проговорил Морозов, а затем отстранился от неё и потянулся за пистолетом. Он зажмурился и с помощью Сабрины встал на ноги.
Антон Владимирович показался на поверхности. Его лицо кровоточило. Порезы на руках и шее истекали кровью. Он улыбнулся. Вода вокруг забурлила, поднимая пузыри к поверхности. Арсений дёрнулся в его сторону, навёл пистолет и выстрелил. Девушка вскрикнула. Алая жидкость стала медленно расплываться по всему бассейну. Тело тренера полностью всплыло. Его лицо изуродовала пуля. Сабрина замерла. Морозов опустил пистолет и тихо подошёл к ней.
— Вот и всё? — он посмотрел на подругу, а та закрыла лицо руками, после чего убрала волосы назад, переводя взгляд на Арсения.
— Что мы с этим будем делать? — спросила она, поворачиваясь спиной к трупу.
— Так, без паники, — Морозов глубоко вздохнул и стал мерить шагами плитку бассейна, размышляя. Сабрина внимательно наблюдала за ним, сложив трясущиеся руки в замок. — Оставим всё, как есть. Только не будем ничего говорить про русалок. Он просто напал на тебя, поняла?
Девушка медленно кивнула. Арсений поджал губы и достал из кармана телефон, набирая номер.
— Вызовите медиков и следователей на Морскую шесть, — чётко проговорил он, глядя на девушку. — Да, спортивный комплекс.
Сабрина нервно сглотнула, подошла ближе к нему и, дождавшись окончания разговора, обняла. Парень громко выдохнул и сомкнул руки на спине подруги. Она уткнулась носом в его грудь. Слёзы потекли по щекам, защипали глаза и лицо. Арсений провёл рукой по её волосам, пытаясь успокоить тихие всхлипы.
Эпилог
Эпилог
Спокойное море переливалось под светом восходящего солнца. Тень от проплывающих мимо рыб и тёмно-зелёных водорослей падала на камни. Рядом с ними промелькнуло серое отражение Сабрины. Она кружилась под водой, заплыв уже далеко от берега. Русалка оказалась около скалы и окинула взглядом местность. Казалось, совершенно ничего не изменилось. Только теперь в её душе царило спокойствие. Море снова стало домом, родным местом. Она вновь могла сбегать туда от всех своих проблем.