— Да, я чувствую себя очень хорошо, так как в эту ночь слышала голос, который сказал мне: «Собирайся в путь!»
Мария знала, что это значит. Она села на кровать больной и дрожащим голосом сказала:
— Бедная сестра, сколько же тебе пришлось пострадать!
Больная в ответ на это вздохнула.
— Не хочешь ли ты пожалеть моего ребенка? Обещай мне это! На кого он останется, когда я уйду? Что будет с ним, когда у него не станет матери, которая заботится о нем?
Видя, в каком состоянии находится Катерина, Мария встала и сказала, что пойдет и позовет соседей. Как только она вошла к Гардерам, хозяйка, увидев ее печальное лицо, взволнованно спросила:
— У вас что-то случилось? Неужели Иоганн снова исчез?
— Нет, но с Пеннер плохо; видимо, дело идет к концу. Я решила позвать соседей: бедной женщине очень тяжело уходить отсюда.
Маргарита сразу же послала одного из своих детей к старосте Петерсу и к Вибе, чтобы те сейчас же пришли к Пеннерам. Сама она вместе с Марией тоже отправилась туда.
Яков Пеннер в задумчивости сидел у стола. Он сознавал свою вину перед женой и внутренне осуждал себя, но было уже поздно. Когда Фрида Петерс и Герта Вибе вошли в дом и подошли к постели больной, та лежала совершенно спокойно, с мирным выражением лица. Держа в руках маленького сына, которого по ее просьбе принес ей муж, она смотрела вверх.
— Как ты себя сейчас чувствуешь?
Больная повернула голову к посетительницам и с улыбкой проговорила:
— Я чувствую себя очень хорошо.
Затем она позвала мужа, который в страхе вышел из дома. Фрида Петерс вышла позвать его. Яков вошел в дом и подошел к постели жены. Та устремила на него проникновенный взгляд и попросила:
— Дай мне твою руку.
Он протянул ей руку, которую она судорожно схватила и продолжала:
— Скоро я расстанусь с тобой. Я часто относилась к тебе несправедливо. Можешь ли ты простить меня? Сама я тебе все прощаю и прошу Бога, чтобы и Он простил тебя. Будь отныне отцом для своего ребенка! Обещай мне это! Тогда мне будет гораздо легче уходить.
В бессилии она откинулась на подушку. Ее муж опустился на колени, в отчаянии закрыл лицо руками и зарыдал, как маленький ребенок.
Через некоторое время умирающая собралась с силами и произнесла:
— Скоро все пройдет.
Она нежно положила свою руку на голову мужа. Он не двигался.
— Придвинься ближе, я хочу еще раз посмотреть в твои глаза.
Он тяжело поднялся, наклонился к ней и поцеловал ее. Она обняла его своими слабыми руками. Затем руки ее разжались и в бессилии упали на постель. Женщины подошли ближе; Яков не мог стоять и буквально рухнул на стул. Еще раз умирающая открыла глаза и попросила:
- Подойдите, я попрощаюсь с вами.
Она поцеловала женщин и затем еле слышно прошептала:
- Воды!
После того как Мария смочила ее запекшиеся губы, она успокоилась, глаза ее были закрыты. В комнате воцарилась торжественная тишина; каждый из присутствующих чувствовал приближение смерти. Слышно было только тяжелое дыхание больной. Вдруг ее губы зашевелились, и она прошептала:
- Он идет, Он идет...
Мария тихонько положила руку на лоб больной. Та снова тяжело вздохнула, затем что-то невнятно произнесла, и ее дыхание прервалось. Через некоторое время Мария посмотрела на Якова и кивнула головой, давая ему понять, что его супруга умерла.
Женщины позвали и других соседей. Когда все собрались, Дукель Вибе начал:
- В Евангелии от Иоанна 8,51 написано: «Истинно, истинно говорю вам: кто соблюдет слово Мое, тот не увидит смерти вовек».
Затем он предложил спеть христианский гимн. После этого снова наступила тишина, которую после продолжительного времени прервал староста Петерс:
- Я схожу домой и скажу там, что мы останемся здесь до завтра. Зайду также и к Гардерам, и к Вибе.
В два часа Мария Дерксен пошла и приготовила покушать, так как они еще не обедали. Когда все сидели за столом, проснулся маленький Петя, который после того, как его взяли из рук умирающей матери, крепко уснул и до сих пор спал. Теперь он проснулся и громко заявлял о том, что проголодался.
Мария пошла к Дикам и попросила хозяйку прийти и покормить малыша.
— Хорошо, я приду,- согласилась та,- Возьму с собой и нашего Абрама.
Через несколько дней были похороны. Пеннер выглядел очень удрученным. Теперь он оставался дома; друзья звали его в трактир, но он отказывался. Конечно, друзьям это очень не нравилось, так как он часто оплачивал их пирушки. Теперь же он был настолько беден, что деревне приходилось содержать его.
Наконец наступила весна. Солнце изливало свои теплые лучи на деревню, оживляя природу и людей. Даже Пеннер, кажется, ожил. И когда растаял снег и деревья оделись в свой зеленый наряд, когда скот стали выгонять на пастбище, а птицы запели свои весенние песни — в один из таких воскресных дней Яков Пеннер шел вместе с молодой девушкой в церковь. Сегодня все жители пришли в церковь, так как после служения здесь будут объявлены жених с невестой. Пеннер снова выбрал себе спутницу жизни.
