–
Я встала, схватила сумку и готова была следовать за ней хоть к туалету, хоть в соседний самолет, даже на парашюте, только бы не слышать плач. Мои соседи бросили на меня дерзкий взгляд, но промолчали.
Через двенадцать часов в автобусе с другими туристами мне сообщили, что отель, который я выбрала закрыт в связи с массовыми отравлениями какой-то там палочкой. Я до момента высадки не знала куда меня везли.
Это оказался отель на полуострове за горами, от которого до ближайшего города или поселка ничего не ходило, а выехать оттуда можно было только на такси или с экскурсией. Как сказали работники – этот отель выбирали те, кто хотел потеряться, оторваться от мира. Но я ехала не теряться в горах, а гулять в толпе людей, поддаваться запахам местных заведений и знакомиться с греками. В ту же ночь я выпила около четырех «Пина колада» и пыталась познакомиться с персоналом слишком навязчивее, чем думала. Вот почему на следующий день, поймав на себе несколько взглядов, услышав шутки в свой адрес и смех я поняла, что оставаться в блокаде отелянеуместно. Уже вечером одна из местных гидов перевезла меня в город и заселила в другой отель. Он был совсем небольшой, со скудными напитками и городским пляжем. Но рядом были приятные ресторанчики с местной кухней, запахом жареного мяса, разносящимся по улице и площадь с фонтанами, вокруг которой по вечерам бродили толпы туристов.
В итоге я ходила на пляж, купалась в чистейшей воде Средиземного моря, гуляла вечерами, наслаждаясь атмосферой, пила красное вино, курила на балкончике, слушая, как мои соседи занимались сексом, будто завтра конец света. Я улыбалась, мне хотелось им аплодировать, потягивая вино. Я успела съездить в Афины, помахать Зевсу на Олимпе и купить диск с музыкой Греции в одном из местных магазинов.
В последний день, возвращаясь с пляжа меня окликнули.
– Девушка, обернитесь.
Мне понравился голос, и я бросила взгляд назад.
– Я вижу вас не первый раз на пляже, надолго вы у нас?
– Сегодня последний день, уже завтра самолет.
Он улыбнулся безупречной улыбкой. Его звали Софон. Он родился на Родосе, потом жил в Канаде, но в итоге вернулся в Грецию,где мы и встретились. Высокий темноволосый парень с слегка напевным тембром голоса и мопедом, на котором вечером мы отправились в ресторан. После нескольких блюд из морепродуктов мы примчались в бар с деревянными бочками вместо столиков. «Где же ты был пару, тройку дней назад» – проскочило в голове, когда мы гнали на мопеде, ая с распростертыми руками пропускала сквозь пальцы ночной воздух Греции.
В баре мы танцевали, утоляли жажду водкой, а голод оливками, вот почему почти под утро, завалившись в номер вместе с Софоном, он бросил меня на кровать, а я не сопротивлялась. Он раздел меня, покрывая поцелуями тело, пылающее от желания и загара. Я поддаласьобстановке и забыла о том, что уже завтра в аэропорту меня будет встречать Лионель. Все что было на отдыхе остается на отдыхе за закрытыми дверями номера отеля.
С утра, или точнее сказать через несколько часов, я проснулась от сильнейшего стука в дверь. Я вскочила с макияжем вчерашней ночи и засухой во рту, судорожно нашла часы, не понимая, где находилась. В щель под дверь протиснулась записка с оповещением, что рейс перенесен на несколько часов и выезд сдвинулся, что стало
Лионель, как и обещал, встретил меня с цветами и улыбкой. Квартира снова осталась в нашем распоряжении. Мы откупорили одну из двух бутылок, приехавших вместе со мной, и занялись сексом без каких-либо преград. Ворота смазали, ров засыпали, а стражники превратились в добрых и милых дам с цветами, подбрасывающих конфетти в воздух. Оргазм, я, конечно, имитировала, как и привыкла, но процесс был хорош. Я давно научилась получать удовольствие от сюжета, а не от знаменитого оргазма. Он для меня, как князь Монако, он как бы существует, о нем все говорят и даже описывают, но вероятность познакомиться с ним тает с каждым сексом.
Конец июля 2010 г.
– Сегодня white party на озере, мы идем, я купила билеты, – вот так поприветствовала меня Кэр.
– Слушай, завтра мы едем с друзьями Лионеля за город с утра.
– И что ты хочешь этим сказать?
– Очевидно, что я не могу пойти.
– В смысле не можешь? Может
– Хочу, почему же, просто как я завтра встану.
– Скажи ему, что пойдешь танцевать, поедете позже и все, – вот так просто по мнению Кэр все решалось.
– Я не могу сказать ему
