– Не помешали бы. Так где ж их взять? – Я вздохнула и сделала большой глоток пива.
Я не пилотировала «Мустанг» со времен войны, а тогда этот тип самолетов был, безусловно, моим самым любимым из всех, что мне доводилось перегонять, – быстрый, маневренный и молниеносно отзывающийся на команды. Несомненно, в наши дни «Мустанг» уже не являет собой вершину современной инженерной мысли, но совсем недавно ему, безусловно, не было равных.
Следующим броском Юджин сбил последнюю кеглю. Немедленно издал победный вопль и потряс над головой кулаком.
Меняясь затем с женой местами на лавке, он чмокнул ее в щеку и тут же отнял у нее свою кружку с пивом. Выговорил ей:
– Мое. – Тут же повернувшись ко мне, спросил: – Как по-твоему, шесть «Мустангов» звучит?
Я замерла, не донеся свою кружку до рта.
– Шесть? Шесть «Мустангов»? Да откуда им здесь взяться?..
Юджин ухмыльнулся.
– В моем аэроклубе их ровнехонько шесть.
У меня отвисла челюсть. Совладав вскоре с собой, я все же спросила:
– Ты серьезно? Я же звонила все… Нет. Подожди. – Я ущипнула себя за нос. – Клянусь богом, урок теперь мною полностью усвоен. Понимаю, что обзвонила лишь
Шесть «Мустангов». Мы могли бы продемонстрировать на них и правильные построения, и трюки с дымом, и…
Миртл, немедленно обменявшись взглядом с Натаниэлем, покачала головой. Едва слышно пробормотала:
– Пилоты.
Муж мой вздохнул и поднял свою кружку с пивом. Посетовал:
– Откуда ж им в должном количестве взяться.
Я, глядя Юджину в глаза, спросила его:
– Есть ли в вашем аэроклубе искусные женщины-пилоты?
– А то. Приходи в клуб, и я тебе их представлю. – Он подмигнул мне. – Потом по небесам покатаемся, а этих двоих оставим там, где им вполне уютно и где им и самое место. На земле.
МАК ЗАПУСКАЕТ ПИЛОТИРУЕМУЮ ОРБИТАЛЬНУЮ СТАНЦИЮ, ИЗГОТОВЛЕННУЮ ИЗ МНОГОСЛОЙНОЙ НАДУВНОЙ ТКАНИ
Первая в мире космическая станция будет представлять собой огромное вращающееся колесо из четырех звеньев, каждое из которых формой напоминает гигантскую сосиску.
Негритянский клуб аэронавтики Канзас-Сити располагался в гораздо более удобном и просторном помещении, чем наш женский.
Мы вошли туда, и я оказалась здесь единственным белым человеком. Мало того, лица собравшихся здесь сегодня цветом варьировались от магнолии до глубокого иссиня-черного, и никто не обладал даже такой светлой кожей, какой обладала Миртл. Я выглядела здесь грязным носовым платком, брошенным на чистый стол. Слава богу, со мной был Юджин, и его присутствие рядом служило мне щитом.
Крепче сжав в руках сумочку, я, чтобы все же не дать задний ход, прижалась спиной к двери. На меня уставились все. Уставились во все глаза. Я попыталась улыбнуться. Потом предположила, что из-за того, как я столь неистово цепляюсь за свою сумочку, они, вероятно, полагают, что я обеспокоена ее сохранностью. Я ослабила хватку, но вряд ли это возымело хоть сколько-либо благоприятный эффект.
Юджин, улыбаясь, обернулся, и мы с ним направились к столу, за которым сидели три черные женщины.
В комнате снова завязались разговоры, но в них я отчетливо расслышала отдельные фразы: «что она здесь делает», «белая» и «какое нам дело».
Мы подошли к столу. Две женщины поспешно встали и отошли в сторону, третья же осталась на месте. Она даже сохранила на лице почти нейтральное выражение и лишь только сморщила нос, невольно тем самым все же выказывая мне свое презрение.
– Это – мисс Ида Пикс. – Юджин указал на младшую из двух стоящих женщин. Та была невысокой, обладала пышными формами и пухлыми смуглыми щеками. У другой стоящей женщины волосы были уложены в элегантную французскую прическу, заколотую зелеными бакелитовыми гребнями. – …Мисс Имоджин Брэггс, и… – Он указал на сидящую женщину. Ее оранжевое платье с узким белым воротничком вроде бы придавало ей теплоту, да только тому все же противоречило выражение ее лица. – …Мисс Сара Колман. Она – одна из лучших на целом свете пилотов.
– Спасибо, что согласились со мной встретиться. – Я сняла перчатки и, повинуясь жесту мисс Брэггс, села. – Полагаю, майор Линдхольм загодя объяснил вам цель нашего сегодняшнего визита сюда?
Мисс Колман кивнула.
– Вы, очевидно, стремитесь стать астронавтом.
– Я… Ну да. Но главная моя цель все же несколько иная. Я намерена заставить МАК рассматривать женщин в качестве пилотов. – Я, повернувшись, улыбнулась двум более дружелюбным женщинам. – Я надеюсь, что вы полетаете с нами.
Мисс Пикс, пристально рассматривая меня, наклонила голову.
– Из чего, несомненно, следует, что вы намерены в своих целях использовать кроме всего прочего и наши самолеты?
