Быстренько стаскиваю с себя это чертово платье, с которым у меня связаны плохие воспоминания, переодеваясь в нормальную повседневную одежду. Выбор пал на большую футболку и те же леггинсы. Спускаюсь вниз, делая хвост. Заворачиваю на кухню и замираю. Обнаженная накаченная спина, большие плечи и мускулистые руки. И вы хотите сказать, что он просто художник? Ага, тогда я балерина.
- Ты слишком тихо ходишь, - замечает Пит, так и не повернувшись. – Но ты слишком громко сопишь. Завтрак почти готов. Прости, мы сегодня спешим, поэтому я успел приготовить только яичницу, салат и вкусный чай.
- Ого, за десять минут сделать все это? Не представляю тогда, что ты сделаешь за час, - говорю я, в шоке садясь за стол. – И как я понимаю, у меня будет еще время попробовать твои шедевры. Ведь так?
- Китнисс, только скажи и я тебе приготовлю все, что захочешь, - говорит Пит, улыбаясь и раскладывая теплую яичницу по тарелкам. Вдруг нашу идиллию прерывает звонок в дверь. Кто же это мог быть? – Пойду, открою. Наверное, это мистер Эбернети с твоим стилистом.
Он покидает кухню. А я лишь продолжаю улыбаться. Все как-то наигранно, я не могу поверить в те события, что в последнее время происходят со мной. Как-то странно. Это не может не нравиться, но что-то здесь не так. В его компании я замечаю свое спокойное поведение, я как будто утихомирила бесов в своей душе. Ловлю себя на мысли, что мне нравятся все его движения. Не смотря на мои заскоки, слезы, какие-то слова, он реагирует спокойно, нежно. Он защищает меня. И я чувствую себя защищенной.
- Ага, а солнышко, встречать меня не намерена?! – слышится голос Хеймитча в коридоре. Я вскакиваю и несусь к нему. – О, а вот и оно! Как у тебя дела? Не обижал?
- Хеймитч, как такое можно спрашивать при заказчике? – недовольно и очень серьезно спрашивает Цинна, косясь на Пита. – Спасибо, что разрешили ее навестить.
- Проходите на кухню. Я скоро приду, - говорит Пит, улыбаясь мне.
Я с криками обнимаю Цинну, затем пытаюсь обогнать идущего в правильном направлении старого ментора и я оказываюсь на кухне первая. Сориентировавшись, я достаю откуда-то еще две кружки. Одну просто передаю ментору, а вторую наполняю этим ароматным чаем.
POV Пит
«Зачем я ушел?» - спросите вы.
Не хочу им мешать. У них своя теплая атмосфера, своя идиллия, которую мне уже никогда не понять. Ведь именно эти два человека помогли Китнисс, сначала выбраться с арены, а после не убить себя. Я сам их решил пригласить, надеясь, что после этого Китнисс хотя бы будет мне доверять. Хеймитчу все равно на меня, хотя, кажется, что он знает, что я из себя строю. А вот Цинна мне не доверяет, боится, что я сделаю что-то не так. Он ведь капитолиец, следовательно, знает про мою «темную сторону».
«Надо подслушать…» - произносит мое второе «я». – «Мы можем что-то узнать о ней или о нас. Давай. Они так громко все разговаривают, что можно услышать и сидя на лестнице…»
«Нет! Я этого не сделаю» Но через минуту я вскакиваю с места и несусь на лестницу. «А вдруг они меня заметят?»
- И что мне делать, Хеймитч? – спрашивает Китнисс. Ее лица не видно, я не могу увидеть ее эмоции.
- Ты ему доверяешь?
- Я знаю его только несколько часов. Но… Я не знаю, что со мной происходит. Он так добр ко мне, так хорошо ко мне относится, с заботой… Он терпит меня. А я не знаю, что со мной… Ненависть к нему иногда уходит.
- Солнышко, даже не знаю, что тебе сказать на это. Я тоже не знаю этого парня, но нам просто не оставили выбора. Тебе придется делать все, что он захочет. Ты должна мило улыбаться всем его окруженным, скрывать грусть и ничего лишнего не делать. Уж лучше молодой, чем жирный дядька, согласись.
- А что делать со Сноу?
- Вот тут ты уже прекрасно все понимаешь. Он не оставит тебя без внимания. Просто улыбайся, не показывай слабости… Все будет хорошо. Если все удачно пройдет, то скоро ты надоешь Мелларку, и он тебя отпустить…
- Да, но ведь после Китнисс снова отправят на торги, - встревает Цинна. «А он не такой уж и плохой. Догадливый. Умный». – Пускай она остается здесь с этим, чем с другими…
- А как вы вообще здесь оказались? – спрашивает Китнисс, вспоминая. – Как вы узнали адрес, где я теперь живу?
- Ну, сам удивился, но мне позвонил Пит и все мне рассказал. Странный он…
Дальше я уже не слышал ничего. Не хочу больше это слышать, потому что от их слов мне становиться больно. Значит, после этого наставления Китнисс будет покладистой, милой, доброй… игрушкой. Я так не хочу! Это будет ужасно… Наблюдать все эти наигранные эмоции, улыбку, слова. Она не будет чувствовать ко мне ничего, кроме ненависти и презрения.
- Лучше бы я умерла, тогда на Арене! – кричит с первого этажа Китнисс.
- Потише! – шипит на нее Хеймитч. – Цинна, ей уже пора собираться. Солнышко, я пойду. У меня дела. Удачи тебе. Пусть она всегда будет с тобой. И помни, что я тебе сказал напоследок. Мелларк, пока! Спасибо тебе за то, что разрешил ее проведать!
- Не за что! – кричу я в ответ, а после слышу хлопот двери.
