— Ваше имя?
— Тэнзи Рейнолдс.
— Ваша профессия? Вы работаете?
— У Дилларда. В отделе женской одежды. Я ассистент менеджера по розничной продаже.
— Вы должны будете жить в автомобиле неопределенно долго, — сказала женщина. — Ваша работа позволит вам выкроить нужное время?
— Да, — ответила Тэнзи. Если она пообещает отработать сверхурочно в следующие два месяца, можно упросить администрацию сдвинуть график.
— Как вы распорядитесь выигрышем, если выберете деньги? Вопрос мог содержать подвох. Они, вероятно, хотели бы видеть какого-нибудь шутника и оптимиста.
— Устрою себе каникулы, — сказала Тэнзи, полагая, что это неплохая идея. Поехать отдохнуть в какое-нибудь место, где теплее сорока, наверное, лучше, нежели сидеть в запорошенном снегом Кливленде в феврале. Но двадцать пять тысяч долларов — это целая куча денег.
Тэнзи уставилась в мигающий красный огонек камеры, разглядывая в линзах свое отражение.
Бордовый свитер. Воротник-хомут, свободно лежащий вокруг шеи. Лицо серьезное. Глаза широко раскрыты.
Такие деньжищи давали реальный шанс изменить жизнь. Внимание! Фокус. Мечта, внедрившаяся в подсознание последние месяц-два, вдруг обрела четкую ясность. Нет никакой нужды прикидываться, будто ты собираешься ринуться на модный курорт на побережье Мексиканского залива.
— И еще я бы вернулась в колледж, — добавила Тэнзи. — Мне нужно закончить учебу и получить учительский диплом. Это действительно для меня важно. Я стала бы работать где-нибудь в сельской местности. Учить детей, как я всегда мечтала.
— Хорошо. Спасибо. Следующий.
Уф! Отстрелялась. Тэнзи направилась к выходу, а женщина сделала какие-то пометки на ее бланке. Эмили похлопала подругу по руке.
— Ну, ты прямо как Опра[1]. Я горжусь тобой, Тэнзи.
Во всяком случае, она отвечала честно. Действительно это была ее мечта, не какие-то никчемные праздные фантазии.
Тэнзи оставила колледж на предпоследнем году. Однако у нее была мысль вернуться, как только она немного оправится от своего горя. Но вместо этого она успешно загнала это горе вглубь и пошла работать в магазин. После этого вопрос образования больше уже не вставал. И она ничего не предпринимала. Но сегодня, во вторник, ее вдруг потянуло заняться самоанализом. Прямо здесь, в этой аллее. Разумеется, людей из сектора Z-103 подобные благородные бдения не впечатляли. Ни ее стремление изменить жизнь подрастающего поколения, ни ее болезненное желание быть полезной в чем-то еще, кроме как подать покупательницам вещь нужного размера. К тому же сейчас она полностью исчерпала свое время для ленча, и теперь ей предстояло голодать до вечера. На мягкой булке долго не протянешь, когда весь день приходится быть на побегушках у капризных клиенток. Но Тэнзи была довольна собой. По крайней мере, она устояла перед соблазном закрутить с тем строителем. Он стоял сейчас перед камерой номер два, засунув большие руки в передние карманы джинсов.
Одно очко в пользу ее зрелости.
— Тэнзи Рейнолдс! Вы не могли бы пройти к камере номер два для другой съемки?
Проклятие! Это называется — повзрослела! Зрелость приказала долго жить. Ее больше не существовало.
Джей-Ти Ковальски поискал взглядом женщину, велевшую ему встать у камеры номер два и ждать. Ну что она мешкает? Если бы у них с отцом не было столь острой нужды в деньгах, Джей-Ти прямо сейчас прошел бы мимо этой арены и вернулся менять электропроводку, чем он занимался до ленча. Но при мысли о тех двадцати пяти тысячах Джей-Ти покрылся испариной. Эти деньги могли спасти от краха их семейный бизнес, испытывавший сейчас большие трудности, так как с разводом отца вступило в силу имущественное соглашение.
— Тебе хорошо, Джей-Ти. Ты уже прошел первый тур в отличие от меня. — Стив, его друг, казалось, был слегка расстроен этим фактом.
Джей-Ти и сам пребывал в некотором замешательстве по той же причине.
— Странные они люди, эти телевизионщики, — сказал он. — Поди, разберись, кого они ищут.
— Так. Вы еще здесь. Хорошо. — Женщина в джинсах вернулась, наконец, и улыбнулась ему. Наушники подпрыгнули на ее каштановых кудряшках.
Интересно, а она что думала? Что он может куда-то уйти? Это после того как его почти целиком опутали кабелем и микрофонами, заблокировав между столом, и спортивным седаном справа.
— У нас наметился еще один участник, — сказала женщина, — и я хочу задать вам обоим ряд вопросов. Мне нужно посмотреть, как вы будете общаться между собой. Хорошо? — Она наградила Джей-Ти очередной ослепительной улыбкой.
Так. Теперь он должен будет провести небольшой диалог с кем-то еще, совершенно незнакомым? Джей-Ти все больше и больше сомневался в правильности своего решения.
Потом он увидел ее.
Она прогуливалась за спиной у ведущей. Его будущая партнерша внезапно остановилась и сделала круглые глаза. Это была та девушка, что несколькими минутами раньше стояла сзади него в очереди. Та самая девушка, откровенно смотревшая прямо ниже его пояса страждущим, жарким взглядом.
