Жена покупателя понуро изучала носки сапог. Вера, атакованная дурными предчувствиями, подняла глаза к потолку. Вверху мерцало множество круглых, с серебристыми ободками, лампочек. Они сливались с белым потолком, растекаясь в слепящее пятно. А, может, это слезы в глазах мешали ей видеть. Вера стиснула зубы, чтобы не расплакаться в официальном месте — пошло и беспомощно.
— Понимаете, это — общая практика, — начал, было, Кит.
Но мама покупателя не позволила ему распространиться с речью. Она вышла из оцепения и впала в агрессивно-наступательное состояние.
— Мы такие деньги платим за квартиру! А нас еще хотят обчистить как липку с этой банковской ячейкой! Мы что — должны по миру пойти после этой покупки? С какой стати за ячейку платит покупатель? А отчего не продавец? Почему бы хозяйке не оплатить? Она и так все наши деньги получит!
— Я за оформление платить не собираюсь, — поджала губы собственница. — С меня достаточно, что я вам квартиру чуть не задаром отдаю! Учитывая то, сколько я за неё могла выручить, если бы не срочность.
— Давайте попробуем успокоиться, — внедрился в происходящее Кит. — И, не спеша, все обсудим…
Мама вперилась в хозяйку ненавидящими глазами. В горле у нее клокотали рыдания. И теперь уже было несомненно: у этой ненавистной ей женщины, самонадеянной нахалки, посмевшей её учить, она квартиру не купит.
Несколько раз покупатель, придерживая маму под локоток и по-прежнему обнимая многострадальный портфель, отводил её в сторону. Что-то шелестел ей на ухо, упрашивал, взывал. В ответ неслось лишь хлюпанье и обиженное шипение. Дрожащие губы, скорбно-страдательное выражение лица, гневные и осуждающие взгляды в сторону остальных участников сделки. Закатываемые к потолку глаза, затем опять — уговоры и шипение, — всё это оставалось неизменным в течение ещё полутора часов.
Позабытая супруга съёжилась в нише дивана, издалека наблюдая за ходом семейного совета. В глазах её блестели злорадные огоньки. Вера даже не пыталась к ней обращаться с утешениями. Ей бы самой кто оказал поддержку… Перспектива не получить зарплату в ближайшее время была равносильна катастрофе. Радужное, светящееся, полное надежд утро, теперь выглядело насмешкой.
Кит обратил все свои дипломатические умения на то, чтобы успокоить и удержать на месте владелицу квартиры. Несколько раз подходили сотрудники Бизнес-центра. Сдержанно жестикулируя, Кит что-то им вполголоса объяснял. Видно, упрашивал подождать или передвинуть время. Вера не могла найти себе места и пристроиться к какому-нибудь делу. Ей оставалось лишь бессильно наблюдать картину всеобщего распада и массового крушения надежд.
— Мамусечек! Родная моя! — выплеснулось напоследок из покупателя.
Хозяйка квартиры вдруг решительно встала. В ответ на обратившиеся к ней испуганные взгляды, со смешанной интонацией веселья и гнева, произнесла:
— Пожалуй, с меня хватит! Да я на свою квартиру покупателей найду через две недели. Я на ваши условия пошла из-за срочности. А теперь я ещё и продам дороже! Может, все и к лучшему. Мучило меня все-таки, что можно дороже продать.
Развязка наступила быстро. Взаимное прощание было коротким и неприязненным. Проводив владелицу квартиры к выходу, Кит с каменным лицом направился к машине, жестом пригласив Веру следовать за собой. С семейством покупателя демонстративно не попрощался.
Вера не могла себя заставить сдвинуться с места. Почему-то ей казалось, что как только она пошевелиться, всё случившееся узаконится и станет необратимым. А если стоять столбом, то вроде бы это не окончательно. И что-то ещё можно поправить. Но делать было нечего. Через несколько минут она осталась совсем одна. Все ушли. Отрицать поражение было бессмысленно. Да и пережить беду всё-таки легче вместе с кем-то. Вера ринулась за Китом. Он мрачно дымил в машине, поджидая её.
— Я чувствовал, что дело кончится обломом! — признался Кит, разламывая в крошки едва начатую сигарету. — У меня в такие минуты интуиция включается. Словно внутри кто-то говорит: 'Не получится ничего с этой квартирой — и не жди'. С этим чувством сюда и ехал сегодня.
— Что ж ты мне не рассказал? — возмутилась Вера. — Я бы хоть зря не надеялась.
— А что толку? Я сам боюсь верить этим предчувствиям. К тому же я думал, что сделка развалится исключительно по вине хозяйки. Она же до последней минуты других покупателей искала. Вот где, казалось бы, самое ненадежное звено! Я только с её стороны и ждал подставы. Так нет же, та пришла как миленькая и была готова на сделку. А эта… Чувыррррла! — почти прорычал Кит.
