— Твои проблемы с Джонни Маком меня не заботят. Сами разбирайтесь в них, — сказал Куинн. — Но я хотел обратить твое внимание на две вещи, объяснить, что твой отец… что Джонни Мак помогает Лейн. Во-первых, он платит мне гонорар, и поверь, это не малые деньги. Во-вторых, в своем деле я лучший, если кто и может добиться оправдания твоей матери, так только я, и Джонни Мак это знает.
— То, что у вас огромное самомнение, не значит, что вы сможете не допустить осуждения мамы. — Держа у бедер сжатые кулаки, Уилл сверкнул на Куинна глазами, словно бросая вызов.
Куинн взглянул на Джонни Мака, и губы его изогнулись в легкой усмешке.
— Мальчик определенно твой. Не только похож на тебя, но и такой же воинственный, как и ты.
Избегая прямого взгляда на сына, Джонни Мак кивнул. Уилл, ничего не сказав, пулей вылетел в коридор и взбежал по лестнице. Куинн пожал плечами.
Лилли Мэй принесла серебряный кофейник и две фарфоровые чашки. Оглядев комнату, спросила:
— А Уилл где?
— Пошел наверх, — ответил Джонни Мак.
— Опять не поладили?
Она поставила поднос на письменный стол.
— Ничего серьезного. — Джонни Мак подошел, налил в обе чашки кофе и взял одну. — Уилл расстроен арестом Лейн. Ему хочется винить кого-то за то, что она в тюрьме, а я оказался подходящей мишенью.
Лилли Мэй взяла вторую чашку и отнесла Куинну.
— Вы сможете утром добиться освобождения Лейн из тюрьмы?
— Как только судья назначит залог, она сможет выйти. Но сегодня вечером, похоже, с судьей невозможно связаться, так что нам остается только ждать.
— Судья Харпер — старый приятель Эдит. — Лилли Мэй с неприязнью произнесла имя этой женщины.
— Судья Джиллис и судья Уэлч тоже. — Джонни Мак знал, как обстоят дела в этом округе. Чтобы над Лейн состоялся справедливый суд, требовалось чудо, но никак невозможно было доказать, что Эдит Уэйр пользуется связями и пускает в ход все доступные средства, чтобы суд над Лейн не был беспристрастным.
— Мне уже приходилось сталкиваться с подобным, — сказал им Куинн. — С уликами, какими Уэс Стивене располагает против Лейн, я смогу убедить присяжных, что она не является виновной.
— Я не позволю, чтобы эту девочку сажали в тюрьму. — Лилли Мэй бросила быстрый взгляд в сторону Джонни Мака. — Лучше признаюсь, что сама убила Кента.
— Вы убили его, миссис Хикмен? — спросил Куинн.
— Что? — Лилли Мэй повернулась, и при взгляде на Куинна глаза ее расширились, руки задрожали.
— У вас было почти столько же оснований ненавидеть Кента, как и у Лейн. — Куинн поднес к губам чашку и отпил крепкого черного кофе. — Уилл — ваш внук. Вы пошли бы на все, чтобы защитить его, так же как и Лейн. Я прав?
— Правы. Пошла бы на все… и пойду. — Лилли Мэй выставила вперед подбородок и посмотрела Куинну прямо в глаза. — Если это поможет мисс Лейн, выведите меня на свидетельское место, я объясню присяжным, что точно так же могла взять биту и забить Кента до смерти.
Джонни Мак положил руку ей на плечо:
— Лейн, конечно, оценила бы то, что вы пытаетесь сделать, но Кента вы не убивали, так что…
— Откуда вы знаете, что не убивала? С этими словами Лилли Мэй повернулась и вышла из комнаты.
— Что скажешь об этом?. — спросил Куинн.
— Не знаю.
— Думаешь, старуха могла это сделать?
— Сейчас я ни в чем не уверен, — признался Джонни Мак. — Кроме того, что наверху, — он поднял к потолку лицо, — мой сын, который меня ненавидит, а в городской тюрьме женщина, которая полагается на меня.
Бадди стянул пропитавшуюся потом рубашку и бросил на пол, потом расстегнул брюки. Жаркий вечер, черт возьми. Душный, влажный. Верная примета, что к утру пойдет дождь. Необходимый, чтобы уменьшить жару и духоту.
Лично ему было необходимо холодное пиво, а потом крепкий сон. День выдался напряженным. Он больше недели готовился, собирался с душевными силами для того, чтобы зачитать Лейн ее права и взять ее под стражу. В доме Ноблов ему несколько минут казалось, что Джонни Мак вот-вот набросится на него. Если бы взгляды могли убивать, он уже был бы покойником. Мысль о том, что человек, которого он некогда пытался убить, теперь богат и могуществен, внушала ему страх. И арест Лейн стал еще одним преступлением против Джонни Мака.
Но каждый делает то, что должен. Арестовать Лейн было его обязанностью. Разумеется, он мог бы отправить кого-то произвести арест, но решил, что ради Лейн нужно сделать это самому.
Почесав волосатую грудь, Бадди неторопливо вышел из спальни и отправился на кухню. Поскольку свет из гостиной проникал туда, он не стал включать флюоресцентную лампу. Открыл холодильник, взял бутылку пива и сорвал с нее крышку. После большого, освежающего глотка стал искать в ящиках консервы, которые мог бы положить на тарелку и поставить в микроволновую печь. Достал из шкафа банку спагетти с фрикадельками, потом стал искать в нижнем ящике консервный нож.
