Выход на орбиту (СИ) полностью

Таким образом, запрет на отношения является скорее способом защитить артистов, а не проявлением бесчеловечности компаний. Хоть это и кажется несправедливым с их стороны, но именно одержимая фанатская культура подливает масла в огонь. То, что новости об отношениях и браке считаются не нормой, а становятся сенсацией, происходит из-за СМИ, желающих привлечь внимание фанатов с искажённым чувством реальности. И это искажение естественных человеческих отношений только усиливается из-за запретов компаний. Это замкнутый круг, из которого невозможно выбраться, пока компании сами не подведут черту».

И пара ссылок на грустные истории, связанные с темой:

https://www.yesasia.ru/article/927154

https://super.ru/a/k_pop_die_young

Плюс убийственная цитата:

«Со мной все будет хорошо», — говорила весной после попытки наложить на себя руки 28-летняя Гу Хара — любимица публики со времен участия в группе KARA. Ее бой с депрессией не был ни для кого секретом, но уже осенью лейбл посчитал, что его звезда вполне готова вернуться на сцену. В прошлое воскресенье, через несколько дней после очередного сольного концерта, Хару нашли мертвой в ее доме».

— Нетизены — глупые детишки, — замечаю я. — Даже сравнительно неопытный и не сильно искушённый политик сделает их одним пальцем левой руки. И чего ГынХе так нервничала?

Чжу смотрит с осуждением. Почто я так фамильярничаю с аж президентом страны, пусть и заочно? ГаБи невозмутима. Обожаю её. Для неё нет никого выше Агдан.

Уже дома расспрашиваю ЧжуВона о банке. Эту работу спихнула на него, ничего в этом не понимаю и голову забивать не собираюсь.

— Процесс идёт, — напускает туману пацак.

— Не пудри мне мозги! Когда банк начнёт работу? — пока к стенке не припрёшь, ничего не добьёшься. Сужаю глаза, нагнетая напряжённость и наполняясь подозрением.

— Погоди-ка! Да там у тебя и конь не валялся!

ЧжуВон прячет глаза и пытается увести тему в сторону.

— Какой конь? Что это значит?

— Это значит, что ты и пальцем не шевелил по этому делу! — точно, так и есть.

— Ну, почему, Юночка? Я нашёл человека, приставил к нему Ли, ты его знаешь. Они и занимаются, я просто давно не интересовался. А там пока все бумаги пробьёшь… банк не так просто создать.

Ладно, будем считать отвертелся. Дело, действительно, сложное. Но теперь он хоть присмотрит. ГаБи, я знаю, озадачена с самого начала. Среди фанатов кого только не найдёшь. Есть выпускники финансовых факультетов.

— Пятьдесят миллионов от СунСиль пришли? — вспоминаю толстое обстоятельство.

— Нет ещё…

Вот сучка! Придётся напомнить.

Но есть и хорошие новости. Заглянула на график курса датакоина. Ох, ничего ж себе! На моих глазах ползёт от шестидесяти пяти к семидесяти. Это сколько у меня бабла уже? Не доверяя в этом важном вопрос собственным мозгам, кидаюсь к калькулятору в планшете.

Ничего себе! У меня в датакоинах девять миллионов долларов! Ничего бы у меня не получилось, выгнали бы с позором из айдолов, никакой работы не нашла бы, всё равно стала бы миллионером.

14 августа, воскресенье, время 09:15

Особняк Агдан.

Могучий мужчина ЧжуВон в домашних тапочках и халате спускается вниз на завтрак. Юны почему-то нет. ЧжуВон проснулся раньше семи часов по привычке и только после умывания вспомнил, что сегодня благословенное воскресенье и снова плюхнулся спать.

— ДжеМин-сии, а где Юна? — ЧжуВон брякается на стул.

ДжеМин собирается что-то ответить, но почему-то её челюсти двигаются как-то рассогласованно и, наконец, рожают пресловутое корейское «а-д-ж-ж-ж-ж».

— А-а-а, му-ю, и-э-э-э, а-д-ж-ж-ж…

Чтобы там не происходило, женские руки работают на автопилоте, подогревая мужчине завтрак. Заходит СунОк, так же на автопилоте присоединяется к маминым хлопотам, занимаясь чаем. В какой-то момент СунОк поворачивается к ЧжуВону и замирает. Была бы в руках чашка, упала бы на пол.

ДжеМин слегка толкает её в плечо и с улыбкой спрашивает:

— Чего ты замерла? Налей ЧжуВону чаю.

— Что? — До ЧжуВона что-то доходит. — Чего вы так на меня смотрите?

— ЧжуВон-оппа, ты решил стать айдолом? Краситься стал по утрам…