— Ишь, холера! Намертво стоит, — Рыжий оторвался от деревяшки, выпрямился и встряхнул занемевшими от усилий пальцами. Потом вышел на середину холла и сделал пару энергичных махов, наклонов и замечаний кретину, который попытался скрыть улику таким варварским образом. Пока опер разминался перед очередным раундом схватки с вещдоком, эксперт, встав на четвереньки, старался разобрать надпись, выжженную на бите с тыльной стороны.
— Спасибо за… — морщился эксперт, — мирное небо вроде. Но здесь не видно, кому и за что. Юбилейная, наверное. Зачем же ей люк-то заложили? Что у вас там за лабиринты?
— Наверное, там что-то спрятано, — предположил Костик. — Может быть, сокровища или награбленное добро?
— Награбленное, гражданин, — назидательно отозвался эксперт, — добром не бывает. Да и сомневаюсь, что его бы оставили на произвол ненадежной биты. Скорее всего, там сокрыты следы преступления.
— Следы у нас в морге лежат, — вступил Рыжий. — Так что все вопросы остаются на повестке дня. Как здесь оказалась бита, предположительно участвовавшая в убийстве Афонькина и что она закрывает, следствию пока установить не удалось. Следствие сейчас еще немного отдышится и пойдет дальше.
Эксперт в очередной раз попытался хоть немного сдвинуть спортинвентарь, снова потерпел неудачу и от полной безнадеги несколько раз пнул люк ногой.
И тут случилось непредвиденное. С внутренней стороны крышки что-то лязгнуло, заскрежетало, заскрипели петли. В гнезде ручки заходил ходуном бита. Эксперт отпрыгнул в сторону, подумав, что в дело вступил какой-то хитрый механизм и сезам отворится.
Интуиция его не подвела. На глазах у изумленной публики крышка люка откинулась совсем не туда, куда открывал ее Рыжий — не вовнутрь, а наружу. Деревяшка легко выскользнула из гнезда и укатилась под лестницу, а на поверхности показались две головы с парами ошалевших глаз. По мере знакомства с обстановкой глаза светлели, а за головами потянулись туловища. С видом космонавтов, полгода облетавших Марс в тесной ракете, дети подземелья радостно плюхнулись на грязный пол подъезда.
— Земля! — зашептал один из найденышей.
— И воля! — отозвался другой. Затем повернулся к Насте и нежно проворковал:
— Все ведь закончилось, правда?
Девушка не знала, что и сказать. Похоже, все только начиналось. Перед ней стояли пропавшие погорельцы.
— За материализм в оплате труда! — высокий человек в псевдоготическом гриме чокнулся с Катаниным и припал к колбе с мутной желтоватой жидкостью. Вылакав зелье до дна, странный мужчина на мгновение зажмурился и совершенно трезвым голосом сказал:
— Вообще-то меня Петя зовут. Давай по-простому.
Опер с уважением посмотрел на собеседника. Так держаться на шестидесятиградусной самогонке мог только знаменитый в области гениальный плиточник Николай, который принципиально не пил только два раза в год: двадцать девятого февраля и в мае, чтоб, значит, не маяться. За оставшиеся дни Николай набирался столько опыта, что бутылка водки ему была так, в глаза закапать. Теперь строитель уже вышел на пенсию, жил, то есть квасил безвылазно в своей деревне, и равняться молодому поколению стало не на кого. А оказалось, что дело его живет, и не где-нибудь, а в самом модном магическом салоне города, у Господина Рафаэля.
— Витя. Мама звала меня Винтик, — протянул руку захмелевший Катанин. — Очень приятно.
Чародей с умилением посмотрел на своего нового друга и налил еще по одной. Кто же мог подумать, что под нейлоновым свитером милиционера скрывается такое мужественное и прекрасное сердце? Что в кои-то веки в его оккультные края забредет человек, который сам предложит помощь, а не попросит извести разлучницу, наказать соперницу и заодно увести у подруги приглянувшегося мужа. Не станет он просить гор золотых, алмазов пламенных и списания кредита, чудесного исчезновения недостачи из бухгалтерских книг, присушки начальника к своим жидким прелестям и отворота давшему в долг соседу, который посмел требовать денежки взад. Больше того, посланец Небес просто войдет и укажет этой вампирше, администраторше Мадлен:
— Гражданка, вы чего в темноте сидите? Убрались бы разок. Вам, наверное, не за такую пылищу деньги платят, — и милый человек указал на паутину и летучих мышей в углах. — Форточку открыть, алоэ-каланхоэ принести — и глаза бы у вас не так бы краснели. Хотя, — мужчина придирчиво оглядел диву в темном балахоне и с кровавым маникюром, — хотя извините, проветриванием не обойдешься. Где ваш директор, как его там?
— Если вы про магистра спектральной магии, экстрасенса и колдуна Верхней Гильдии Сириуса Господина Рафаэля, — капризно протянула администраторша, — то он принимает только по записи и только за деньги. С учетом вашего материального положения, — тут девица встала и перегнулась через стол, чтобы рассмотреть обувь гостя. Увиденное заставило ее крепко задуматься и взяться за календарь. — С его учетом могу поставить вас на март. Лет через десять — пятнадцать. Уложитесь?
