– Собирай манипулы, – посмотрел он на него. – Сегодня мы должны уйти из лагеря.
По взлетевшим бровям старого центуриона было понятно, насколько тот удивлён, но выучка взяла своё.
– Слушаюсь, милорд трибун! – приложил он кулак к сердцу.
А сам Сорс развернулся, собираясь посетить другое место. Раз уж решение принято, необходимо донести его до ведьм.
– Эй, госпожа старуха, ты там?! – крикнула Маиш, подойдя к палатке Ташки.
– Заходи, – ответила ведьма седьмой ступени.
У Драума столь сильных ведьм то ли двое, то ли трое. Сложно сказать, со всей этой секретностью.
– Тут такое дело, – зашла Маиш в палатку. – Вязание? Серьёзно? Тебе делать нечего?
Сидевшая к Маиш полубоком Ташка остановила вязание и повернула голову. И как всегда бывает с этой чокнутой, по спине ведьмы из Левого крыла службы безопасности Драума пробежали мурашки. И вроде чего такого? Всего лишь старая… ладно, не такая уж и старая женщина всего лишь бросила на неё взгляд. Но, блин, почему-то жутко.
– Нечего, – ответила Ташка коротко. – Тебе, похоже, тоже.
– Нет, почему? Я… – засуетилась Маиш. – Мы тренируемся. Каждую минуту. Просто… Тут такое дело…
– Успокойся, – вздохнула Ташка, а мурашки перестали бегать по спине Маиш. – Что там у тебя?
– Сорс… Это командир гвардии принца Авитуса… – замолчав, Маиш пожевала губу. – Сорс сказал, что гвардия уходит. А так как мы тоже из Драума, должны уйти вместе с ним.
Некоторое время Ташка молча сидела, разглядывая одну из стен палатки.
– Легат знает? – спросила она.
– Сорс говорит, что Романо его и отпустил, – ответила Маиш.
– Тогда плевать, – пожала плечами Ташка.
– А нам-то что делать? – спросила Маиш. – Нам тоже уходить?
– Ты меня спрашиваешь? – посмотрела Ташка на молодую ведьму.
– А кого?! – возмутилась Маиш. – Вроде как ты наш командир.
– Ох, милая… – покачала головой Ташка. – Начнём с того, что о подобном надо спрашивать самого высокопоставленного офицера. Слишком серьёзный вопрос. Ну и закончим на том, что у вас и у самих должны мозги быть. Уверена, ваша банда уже приняла решение.
Так оно и было, на самом деле. Поэтому Маиш и не пошла к Романо, незачем было. А вот предупредить о том, что происходит, своего непосредственного командира она была обязана. Ну и… Где-то в глубине души была надежда на похвалу. Ташку ведьмы уважали. Да, постоянно провоцировали, но это из-за обычной ведьмовской авантюрности и стервозности. На деле же… Ташка трындец какая стрёмная. Или лучше сказать – страшная? Хм. Жуткая. Жутко страшная. В общем, как такое вообще можно не уважать? Это же мечта всех ведьм! Чтобы одно твоё слово, один лишь взгляд вгонял в дрожь. А ещё у неё дети. Другая мечта всех ведьм… Они в своей компании об этом не говорили, но оговорки были, и Маиш могла с уверенностью сказать, что если потребуется, любая из них отдаст жизнь, лишь бы Ташка вернулась к своим детям.
И как на фоне всего этого они могут уйти вместе с Сорсом? Да никак, невозможно это.
– Мы остаёмся, – усмехнулась Маиш. – Гвардия нам не указ, у ведьм своё начальство. Да и не так у нас много смыслов в жизни, чтобы разбрасываться ими.
Повернув голову, Ташка вновь посмотрела на неё. Только на этот раз никаких мурашек не было.
– Молодец, – произнесла она чуть улыбнувшись. – Правильное решение. Всё-таки вы девчонки не совсем безнадёжные.
Возвращаясь к палаткам, поставленным специально для их ведьмовского отряда, Маиш улыбалась. Да, она определённо хорошая девочка. О, надо Рекса найти! Пусть тоже похвалит. А будет тупить, ему же хуже. Даже хорошие девочки могут быть плохими.
– Трибун Пран, милорд легат! – прозвучало снаружи палатки. – Разрешите войти.
– Заходи! – крикнул я, не отрывая взгляда от карты южных окрестностей Рамерии.
А может, покрутить их вокруг города?
– Мне только что доложили, что силы Драума во главе с трибуном Сорсом покинули лагерь, – доложил Пран.
– Жаль, – прикрыл я глаза. – Но ничего критичного. Справимся.
– Но разве так можно, милорд легат? – спросил Пран. – Это же предательство. И мы их просто отпустим?
Вздохнув, поднял голову, посмотрев на Прана.
– Это я его отпустил, – пришлось мне пояснить. – Не могу доверять трибуну другого государства, который так настойчиво ратует за отступление.
– Он трус, – нахмурился Пран. – И дурак. Неужто не понятно, что…
– Не стоит, Хомяк, – покачал я головой. – Сорс просто не знает, на что способен Романо. И не верит в меня так, как вы. С его стороны всё логично.
– Но милорд, – зажмурился Пран. – Если бы мы следовали исключительно логике, то не смогли бы победить инферно. Он не может не понимать, что война – это не только логика, – посмотрел он на меня, открыв глаза.
– М-м-м… – не знал я, как это прокомментировать. – Ты сейчас… Ты прав в какой-то мере, но всё-таки логика важнее. В том числе на войне. Не суди Сорса строго, у него были причины уйти. Да, с его стороны это некрасиво, но я уверен, он это и без нас понимает.
– Как скажете, милорд легат, – покачал он головой.
В этот момент мне в голову пришла мысль, которая должна была прийти гораздо раньше.
– А что с ведьмами? – спросил я нахмурившись.
