— Пойдём-ка ко мне, — вторая соседка положила руку на плечо девочки и кивнула на вход. — Нечего тебе здесь сидеть.
Когда дверь за ними закрылась, я рухнула на стул как подкошенная, словно из меня вытащили стержень.
Просительница лекаря всю дорогу молчала, лишь изредка бросая на меня острые взгляды. Она отыскала на верхних полках какие-то травы, добавила пару щепоток в кружку и щедро плеснула кипятка.
— Пейте, — её мелодичный голос выдернул меня из тягостных дум. Женщина перекинула свою длинную рыжую косу, украшенную атласной лентой и разноцветными бусинами, и протянула мне кружку. Судя по внушительному перстню и другим кольцам, она явно не бедствовала. — Вам нужно это выпить.
— Что там?
— Амарант, цикорий, — она неопределённо покрутила рукой, — и так… по мелочи.
Я принюхалась к ароматной смеси и пригубила напиток.
— Извините, леди, я забыла представиться, — рыжая низко склонила голову, — меня зовут Ребекка.
Я нахмурилась, припоминая…
— Вы жена Лазара? — вскинулась я. Надо же, какую красотку сумел окольцевать драконий друг. Теперь понятно, почему прелести подавальщицы его совсем не заинтересовали.
— Да, леди Амелия, — чуть улыбнувшись ответила она. — Надеюсь, муж мой был обходителен с вами.
— Вполне, — я пожала плечом, предполагая, что всё могло быть гораздо хуже.
У Лазара, конечно, были некоторые проблемы с этикетом, но кто из нас безгрешен? Она взглянула на меня с сомнением. Наверное, предполагала, что я начну жаловаться на мужа, и ей придётся извиняться. Я снова отпила и обхватила кружку ладонями. Горячая жидкость чуть обожгла язык и приятной согревающей патокой растеклась по телу. Не знаю, какая из трав так на меня подействовала, но я была благодарна Ребекке за заботу.
— Надо же, и правда работает, — протянула я, разглядывая разбухшие листочки, — Спасибо!
— Конечно, работает, — нахмурилась она, бросила короткий взгляд на дверь и добавила тише: — Это ведь… ведьмина трава, вы разве не поняли?
Я поперхнулась вздохом и закашлялась. Ребекка нахмурилась ещё больше.
— Какая? — прошептала я, надеясь, что ослышалась.
— Ведьмина, — так же тихо ответила она. — Помогает восстановить силы.
— Какие силы?
— Силу ведьм. Леди Амелия…
— Можно просто Амелия и на «ты», пожалуйста, — попросила я.
— Хорошо, — помедлив кивнула женщина. — Позвольте…кхм, позволь уточнить, что ты знаешь о родовой силе?
— О магии? — я задумалась, и головная боль не заставила себя долго ждать. Это было лишь предвестником той боли, что могла быть, поэтому говорила я осторожно, стараясь не нарушить запрет. — Ну, знаю, что её изучают в специальных академиях, развивают и тренируют.
— То что тебе подвластно, вряд ли изучают в институтах, — уверенно произнесла она. — Это родовой дар, довольно сильный, насколько я могу судить. Обычно мать или другая старшая женщина в семье берёт на себя обязательство обучить свою преемницу. Ведьм не пускают в академии, а в Наргарде ведовство уже несколько столетий находится под запретом.
— Откуда тебе всё это известно? — обмирая от страха, спросила я. Я не только соврала дракону, выставив его дураком перед всем Наргардом, но и притащила с собой запретный родной дар! Что может быть хуже?
— Моя бабка умела кое-что, но мы с мамой её дар не унаследовали. Так, только по мелочи. Не волнуйся, Амелия, я никому не расскажу о тебе. Клянусь.
— Почему? — найдя в себе силы, спросила я.
— Потому что я твоя должница. Это ведь ты спасла моего сына? Бена. Честно признаюсь, вчера я не поверила ни единому слову мужа, хотя о знатных дамах он обычно не самого лучшего мнения. Но теперь вижу, как сильно ошибалась.
— Бен твой сын? — задумчиво протянула я. — С ним всё хорошо?
— Он отделался лишь лёгким испугом, благодаря тебе.
Я вгляделась в лицо Ребекки повнимательнее и сразу же заметила очевидное сходство с Беном. Ещё почему-то сразу же всплыли его слова о невесте дракона, которых малец нахватался у отца. Сестру здесь действительно не очень-то жаловали, и теперь отголоски её славы отражались и на мне.
— Ниса…она тоже ведьма? — догадалась я. Иначе откуда в её доме травки для восстановления сил? Ребекка нехотя кивнула. — Если она ведьма, почему не сумела себе помочь?
— Это так не работает, — пояснила она. — Да и во время беременности нельзя использовать дар, иначе можно навредить плоду.
Пока я пыталась уложить обрушившуюся на меня информацию в голове, дверь в соседнюю комнату распахнулась, являя нам раскрасневшегося Фогеля.
— Как она? — Ребекка поспешно поднялась из-за стола. Напряжённую тишину разрезал детский плач… сердце моё споткнулось и забилось с удвоенной силой.
— Жить будет, — лекарь утёр мокрый лоб и рухнул на лавку.
— А ребёнок? Что с ребёнком? — поторопила я.
— Двое их, потому и вышло так. Слабенькие, — отмахнулся он. — Я дал матери специальную настойку, она проспит до утра.
— Детям как-то можно помочь? — упавшим голосом спросила Ребекка.
— Только ждать.
Жена Лазара направилась в комнату, оставляя меня и лекаря наедине. Он поджал губы и вперил в меня нечитаемый взгляд.
