Девчонки дружно захотели пить шампанское. Хозяйка, многозначительно метнув взгляд на меня, попросила водки. Эдик предпочел «портвешок». Виновато улыбнувшись Гальке, выбрал тоже шампанское. Девчонки дружно возмутились покушением на их напиток и настояли, чтобы пил, как минимум - портвейн. Жадины.
По этому поводу рассказал анекдот:
«Бессмысленно спорить с женщинами. Проиграешь или выиграешь - всё равно придётся извиняться».
Дружно рассмеялись.
- А еще, - попросила соседка справа.
«Есть несколько способов спорить с женщинами. Ни один не помогает!»
Хохотнули. Тут подключился Эдик, почувствовав родную стихию. А я чувствую слева мягкое теплое бедро Ленки.
Наконец хозяйка предложила выпить за знакомство. Дружно чокнулись. Отпил глоток и погонял алкоголь на языке.
Все-таки портвейн в советское время, особенно марочный на вкус и запах кардинально отличается от той бурды, которая в будущем будет называться портвейном и продаваться в супермаркетах по доступным и не заоблачным ценам. Несколько раз пытался «поймать» вкус «трех топориков» или «Кавказа», но так и не получилось. Прекратил эксперименты над организмом после того, как после нескольких глотков непонятного напитка с привычным названием меня замутило и вырвало.
Марианна запустила магнитофон с «Машиной времени» и гнусавым Макаревичем. Внутренне морщусь.
Эдик шепнул что-то своей девчонке. Та хитро поглядев на меня спрашивает:
- Сережа, ты же песни пишешь?
Оглядывает с превосходством окружающих. Все удивленно замолчали. По-видимому, еще не все знали о моих талантах. Ну, Эдик! Ну, жук! Осуждающе смотрю на него. Тот пожимает плечами, улыбаясь.
- Спой, пожалуйста, - просит Ленка.
Девчонки активно ее поддерживают.
- Тебе гитара нужна? - уточняет и смотрит вопросительно на хозяйку.
- Предупреждать надо заранее, - возмущается та. - За гитарой идти надо к Петьке. Одна не пойду - опять лапать полезет, озабоченный. Эдик сходишь со мной?
- Вместе пойдем, - решает его избранница.
«Наверное, опасается оставлять милого наедине с подружкой!» - внутренне ухмыляюсь.
Воспользовавшись отсутствием хозяек, девчонки накинулись на меня с вопросами:
- Где ты живешь? Где учишься? Чем занимаешься? Откуда знаешь Эдика?
Улыбаюсь, пережидая шквал вопросов. Вспоминаю, услышанную в будущем на Дне города начало притчи о своем крае, которая запала в память:
«На севере Руси Великой, на границе земель Вологодских и Новгородских лежит Земля благодатная. Издавна звали этот край Волокским Верхом. Славился он лесами дремучими, зверьем разным, травами пахучими, медом целебным, урожаями обильными. Жили там красивые, сильные, свободолюбивые люди. И недоступна та земля была иным из-за болот бездонных, кроме как зимой лютой…»
Дальше не помню. Оглядываю личики заслушавшихся девчонок.
- Вот оттуда и приехал. Думаю, десятый класс буду заканчивать в Ленинграде. С Эдиком у нас общие знакомые. В настоящее время он у меня единственный друг здесь, - отвечаю на вопросы.
Наивный! Вопросов появилось еще больше:
- В какой школе буду учиться? Чем занимаюсь в свободное время? Есть ли у меня девушка? Какие девчонки мне нравятся? Что за шишки у меня на пальцах?
Смущаюсь и прячу руки под столом. Меня спасают появившиеся ребята с гитарой. Они опять смеются, над каким-то рассказом Галины. Наверное, про сексуально озабоченного соседа Петьку.
Марианна моментально меня закладывает:
- А Сережка приехал из недоступной глуши, и теперь будет учиться в Ленинграде!
«Вот, язва!» - мысленно морщусь. Эдик встрепенулся:
- Правда, что-ли? А мне не сказал, - упрекнул.
- Только собираюсь, - признаюсь.
- Здорово! Давай в мою школу, - предлагает.
- Это мазохизм - ежедневно мучиться в дороге по два часа. Присмотрел школу недалеко от дома родственников в Московском районе. Завтра пойду разговаривать с директором о переводе. Может и не получится, - сообщаю.
- Это тебе оттуда предложили? - догадывается Эдик, указывая пальцем в потолок.
Заинтригованные девчонки мазнули взглядами по потолку и уставились на меня.
- Почти, - признаюсь, не открывая своих покровителей.
Беру в руки гитару, чтобы всех отвлечь от расспросов. Инструмент красив. Дека под темное дерево с тенями по краям. К головке грифа привязан бант. Взял несколько аккордов. Подстроил.
- Чья гитара? - интересуюсь.
- Моя, - признается Галина, - а что?
«Фу, ты!» - выдохнул. Смутил меня бант. Если бы инструмент оказался Петьки, то его наклонности заставляют усомниться в его нормальности.
- Инструмент хороший, - отмечаю.
Все, готов. Смотрю на слушателей и решаю - с чего начать? Беру первый аккорд, пробегаюсь по струнам и пою «Половинку» из репертуара группы «Танцы минус»:
У ночного огня под огромной луной
По мере исполнения по лицам ребят вижу удивление и заинтересованность. По окончании все дружно захлопали. «Танцы минус» рулят! Общее настроение выразила Галька:
- Здорово! Сам написал? Замечательна песня. Напиши слова с аккордами, - попросила.
