– Вы имеете в виду, что следует сослаться на источник? Я полагаю, это правда. Словом, сведения точные. Я случайно узнал. Но я не могу открыть вам источник. Информация, которую я получил, адресована мне лично.
– Вы хотите сказать, что дело связано с женщиной или женщинами?
– Да, Шайтана – подлец, он предпочитал иметь дело с женщинами.
– Вы думаете, он шантажировал их? Интересно.
Деспард покачал головой:
– Нет, нет, вы меня не так поняли. В определенном смысле Шайтана был шантажистом, но не обычного толка. Для него не представляли интереса деньги. Он был духовным вымогателем, если только так можно выразиться.
– И он получал… что именно?
– Он получал удовольствие. Единственно, чем я это могу объяснить. Получал наслаждение, наблюдая, как люди боятся и дрожат перед ним. Я полагаю, это позволяло ему чувствовать себя не какой-нибудь букашкой, а человеком значительным. Весьма эффектная поза перед женщинами. Стоило ему только намекнуть, что ему все известно, как они начинали ему рассказывать такое, чего он, может быть, и не знал. Это удовлетворяло его своеобразное чувство юмора. Он самодовольно расхаживал потом с мефистофельским видом: «Я все знаю! Я великий Шайтана!» Шут проклятый!
– И вы предполагаете, что он таким образом напугал мисс Мередит?
– Мисс Мередит? – в недоумении посмотрел на него Деспард. – Я не думал о ней. Она не из тех, кто боится таких мужчин, как Шайтана.
– Pardon. Вы имеете в виду миссис Лорример?
– Нет, нет, нет. Вы меня неправильно поняли, я говорил вообще. Напугать миссис Лорример не так-то просто. И она не похожа на женщину с роковым прошлым. Нет, определенно я никого не имел в виду.
– Это, так сказать, обобщение, к которому вы пришли?
– Вот именно.
– Очень может быть, – медленно начал Пуаро, – что, этот, как вы его называете, даго очень тонко понимал женщин, знал, как подойти к ним, как выудить у них секреты… – Он остановился.
Деспард нетерпеливо перебил его.
– Абсурд. Этот человек был просто шут, ничего опасного в нем на самом деле не было. Но все же женщины опасались его. Нелепо! – Деспард вдруг поднялся. – Хэлло! Я слишком далеко зашел. Чересчур увлекся темой. Всего доброго, мсье Пуаро. Посмотрите вниз и увидите, как моя верная тень выйдет за мной из автобуса.
Он поспешно ретировался и сбежал по ступенькам вниз. Раздался звонок кондуктора. Но он успел сойти до второго.[122]
Посмотрев вниз на улицу, Пуаро обратил внимание на Деспарда, шагающего по тротуару… Он не стал утруждать себя разглядыванием его преследователя. Пуаро интересовало нечто другое.
«Мечта служанок» – так едко прозвали сержанта О’Коннора его коллеги по Скотленд-Ярду.
Несомненно, он был видный мужчина. Высокий, стройный, широкоплечий. Но не столько правильные черты лица, сколько лукавый и дерзкий взгляд делали его неотразимым для прекрасного пола. Было ясно, что сержант О’Коннор добьется результатов, и добьется быстро.
И верно, уже четыре дня спустя после убийства мистера Шайтаны сержант О’Коннор сидел на дешевых местах в «Уилли Нилли ревю»[123] бок о бок с мисс Элси Батт, бывшей горничной миссис Краддок, 117, Норд-Адли-стрит.
Тщательно выдерживая тактику наступательной операции, сержант О’Коннор как раз приступал к штурму.
– Вон тот тип на сцене напоминает мне, – говорил он, – одного из моих старых хозяев. Краддок фамилия. Забавный, знаете, был малый.
– Краддок? – повторила Элси. – Я когда-то работала у каких-то Краддоков.
– Вот здорово! Может быть, у тех самых?
– Жили на Норд-Адли-стрит, – сказала она.
– Когда я приехал в Лондон, я поступил к ним, – поспешно подхватил О’Коннор. – Да, кажется, на Норд-Адли-стрит. Миссис Краддок – вот это было нечто! Для нас, слуг.
Элси вскинула голову.
– У меня терпения на нее не хватало, вечно что-то выискивала и ворчала. Все ей не так.
– И мужу доставалось тоже, верно?
– Она всегда жаловалась, что он не уделяет ей никакого внимания, всегда говорила, что здоровье у нее никудышное, и все вздыхала, охала. А правду сказать, и не больная была вовсе.
О’Коннор хлопнул себя по колену.
– Вспомнил! Ведь что-то там такое было у нее с каким-то доктором? Крутила вовсю или не очень?
– Вы имеете в виду доктора Робертса? Очень симпатичный джентльмен был, очень.
– Все вы, девицы, одинаковы, – сказал сержант О’Коннор. – Как только мужчина перестает быть ангелом, вы сразу начинаете его защищать. Знаю я таких удальцов.
– Нет, не знаете. Вы совсем не правы насчет него. Он ничего такого не делал. Это не его вина, что миссис Краддок все время посылала за ним. А что доктору было делать? Если вы хотите знать, он вообще о ней не думал, для него она была пациентка, и все. Это она все устраивала. Оставила бы его в покое, так нет, не оставляла.
– Все это очень хорошо, Элси. Не возражаете, что я вас так называю – Элси? Такое чувство, будто знаю вас целую жизнь.
– Ну что вы! Конечно, Элси. – Она вскинула голову.
– Очень хорошо, мисс Батт. – Он взглянул на нее. – Очень хорошо, говорю я. Но муж, он не мог этого перенести, так ведь?