– Она хочет с тобой познакомиться. Подозреваю, Брина прожужжала ей все уши о нас. Да и так… слухи доносятся. Я обычно не распространяюсь на тему личной жизни, но газетчики и знакомые не так категоричны. Нас ждут на зимние каникулы, хотя я не стал ее обнадеживать. Возможно, мы не успеем взять Флеймгорд к тому времени.
– Даже не знаю, что меня пугает больше: кофе с Акорионом или каникулы с твоей мамой.
– Обижаешь. Мама страшнее.
Мне удалось поспать всего несколько часов, когда Кейман позвал всех в кабинет, поболтать с Рианнон. Надо думать, она принесла с собой немало ценной информации, и мне до ужаса было интересно, но все же я вставала через силу, чувствуя себя совершенно разбитой. Бастиан уже ушел, а ведь я даже не запомнила, в какой момент уснула и как именно меня отнесли в замок. Надеюсь, не в зубах.
За окном шел дождь. Сильный, шумный, холодный. Больше всего на свете хотелось закрыть глаза и снова провалиться в блаженный сон, но пришлось одеваться и, зевая, брести к кабинету Кроста, надеясь, что там дадут хотя бы кофе.
Коридоры освещались редкими факелами с холодным синеватым пламенем, и все, на что я была способна, это размышлять: кто их наколдовал? Крост? Он появился очень эффектно, я даже не знала, что он так умеет. Или знала, но забыла? Черт, как тяжело жить, когда в голове все перемешалось. А еще Бастианова мама… в прошлом году он сказал, что я непременно ей не понравлюсь, ну и зачем эта встреча?
Я вдруг услышала быстрый цокот острых коготков по полу и замерла. Цокот затих вместе со мной, но можно было не гадать, кто сунул любопытную морду к невыспавшейся злой хозяйке.
– Я с тобой не разговариваю, – отрезала я. – И видеть тебя не хочу.
Раздался тоскливый звериный вздох. Из темноты выплыли два светящихся глаза и виновато на меня уставились. Но злость на духа была сильнее.
– Он мог погибнуть. Это предательство. За что ты так со мной?
Зверек опустил рогатую голову к самому полу и жалобно смотрел. Я бы очень хотела не понимать, что значат все эти взгляды и жесты, но, кажется, дух тоже был частью моей магии. Или частью этого места – оно долго было домом.
– Акорион не вернется. Никогда. Ничего не будет как прежде. Тебе не нравится Бастиан? Это твои проблемы, если ты будешь вредить тем, кто живет в этом замке, если будешь заманивать их в ловушки и подвергать их жизни опасности – я знаю, что делать с бесплотными сущностями. Лучше не показывайся мне на глаза. Кыш.
Зверек юркнул в темноту – и растворился в ней, напоследок издав тихий обреченный писк. Я поморщилась. Его желание, чтобы вернулся Акорион, можно было почувствовать даже на расстоянии. Причем угрозу своему счастью в компании долгожданных хозяев дух видел только в Бастиане.
– Ну и почто зверушку обидела? – из-за угла вывернул Кейман. – Сидит в углу, рыдает.
– Хочешь, чтобы я тоже села в угол и порыдала?
– Нет. Просто интересно, почему с одной тварью ты спишь, а вторую гоняешь.
– Одна меня спасала, а вторая чуть не убила первую.
– Что?
– Этот гаденыш показал Бастиану, как мы с Акорионом мирно спим в одной постельке, а потом – услужливо открыл портал прямо к замку. И не собирался открывать обратно. Если бы я не нашла Рианнон, я бы ушла, а Бастиан остался там!
– Я как раз хотел спросить, как он открыл портал. Да, пожалуй, ты права, надо убрать эту ревнивую зверюгу, пока он тут не натворил дел. Я разберусь с ним. А что ты делала в постели с Акорионом?
– Спала, – вздохнула я. – Сила растет скачками. Там столько душ, они не умолкают, и я слышала всех. Стало больно, я отключилась, ну и Акорион по-братски уложил меня спать и даже поделился модным костюмчиком.
– А Рианнон?
– Он запер ее в замке, чтобы она сшила для меня свадебное платье.
– Дурдом. Деллин, я не смогу помочь тебе с твоей силой. Это уже за границами того, что я изучал о вашей с братом магии.
– Знаю.
Признаваться не хотелось, но, бродя по замку, я поняла одну очень интересную вещь, и теперь казалось кощунственным не рассказать об этом Кросту.
– Это уже случалось раньше, тогда, когда вы закончили войну. Я слышала их, понятия не имела, что делать.
– И я не стал тебя слушать.
– А он стал. И научил, как с этим справляться. Кажется, именно тогда крыша уехала окончательно. Но в этом месте их голоса стихают, душам сюда нет хода. Если бы я не рвалась в мир смертных, если бы осталась… то у меня были бы передышки. Я бы научилась их контролировать и восстанавливала силы, а не жила несколько лет в аду, справляясь с миллионами мертвых душ.
– Зачем сейчас рассуждать о том, что было бы? – хмыкнул Кейман.
Мы подходили к его кабинету.
– Главное, не рвись туда сейчас и восстанавливай силы сколько влезет. Тебе здесь рады. И я постараюсь сделать так, чтобы твоего парня никто не убил. Даже если он будет напрашиваться.
– А сделать так, чтобы я понравилась его маме, сможешь?
Рука Кроста замерла над ручкой двери. С непонятным и пугающим весельем в голосе он переспросил:
– Что? Леди ди Файр? Изъявила желание с тобой познакомиться?! Билеты на это шоу будут продавать? Я возьму два!
– Для Ясперы?
– Для огромной коробки с попкорном!
