Мэгги не смогла толком ответить, что она прекрасно знает, каким «потрясающим» был Джонни Кинросс. В этом не было необходимости; Лиззи просто сделала паузу, чтобы отхлебнуть своего розового пенистого солода. Мэгги поднесла клубничное лакомство к губам и жадно отпила, а Лиззи проглотила и продолжила, ее верхняя губа окрасилась в молочно-розовый цвет.
— Повезло Билли, он все время здесь, потому что его мама работает в этом заведении. Держу пари, он ужинает совершенно бесплатно.
— Его… мама? — Мэгги повертела головой по сторонам, ища взглядом двух официанток. — Она сейчас здесь?
— Скорее всего. Билли не приходит, если ее здесь нет. Потому что понимает, бесплатной еды не будет. — Мужчина в белом колпаке и фартуке поставил перед ними корзины, доверху наполненные едой и обернутые в красную папиросную бумагу. В животе у Мэгги громко заурчало, а Лиззи захихикала.
— Могу предложить вам, дамы, что-нибудь еще? — спросил мужчина с розовощекой ухмылкой. Мэгги вежливо поблагодарила его, и Лиззи нырнула внутрь, но его внимание почти сразу привлекло что-то, происходящее за их спинами. Мэгги обернулась на своем месте, чтобы увидеть, что заставило его сузить глаза и лишить жизнерадостной улыбки.
Роджер Карлтон сидел за столиком с тремя своими друзьями, его рука крепко обхватывала стройную талию официантки, а другой рукой он держал ее за руку. Официантка пыталась выбраться из его хватки, по-прежнему делая вид, что все в порядке, но ее дискомфорт был очевиден. Мэгги не нужно было видеть ее лицо, чтобы понять, что это Долли Кинросс. Она была платиновой блондинкой, и ее волосы были заколоты и уложены в локоны вокруг головы. Мэгги видела только ее профиль, но было ясно, как красиво платье облегало ее бедра и какой юной и сексуальной была ее фигура. Роджер Карлтон, казалось, тоже заметил это. Забавно, у Мэгги сложилось впечатление, что он злился на Долли Кинросс за роман с его отцом. А, может, он злился вовсе не поэтому.
Мужчина за стойкой крикнул:
— Долли… заказ! — хотя из окна за его спиной не доносилось ни звука.
Женщина высвободилась и отвернулась от парней. Роджер смотрел, как она уходит, и на его лице застыло странное выражение. Казалось, он почувствовал пристальный взгляд Мэгги и его лицо сразу же разгладилось. Он слегка помахал рукой, и ее сердце сжалось от ужаса. Она быстро отвернулась от него. Повернувшись, она заметила, что этот эпизод также не ускользнул от Билли Кинросса. Его щеки снова порозовели, глаза были устремлены на столешницу, руки сжаты в кулаки и побелели. Долли Кинросс скользнула за длинный прилавок и бросила благодарный взгляд на мужчину в фартуке. Он покачал головой и отвернулся, а она улыбнулась, пожала плечами и, наклонившись вперед, ущипнула Билли за щеки, заставив его угрюмо посмотреть на нее.
— Ешь, Билли. Я освобожусь через несколько минут. Можешь дойти до Джина и потом поехать домой с Джонни? — Ее голос был мелодичен, а небольшая щель между двумя передними зубами делала ею обворожительной. На обеих ее щеках появились глубокие ямочки. У Джонни были такие же ямочки.
— Ты не идешь домой? — спросил Билли тихим и настороженным голосом.
— Позже, дорогой. — Затем она отвела взгляд и начала снимать фартук. — Не беспокойся обо мне. — Она положила коричневый пакет на прилавок перед Билли. — Это для твоего брата. Проследи, чтобы он получил его прямо в руки!
Долли Кинросс на секунду отвлеклась, а потом убежала прочь. Билли тяжело вздохнул и схватил пакет, соскользнув при этом с табурета. Украдкой взглянул на Мэгги, не поворачивая головы, его глаза метнулись в сторону. Он опустил голову, когда снова поймал ее взгляд.
— Черт возьми, Мэгги! — Лиззи выдохнула между перекусами. — Перестань пялиться. Ты ведешь себя так, словно никогда раньше не видела симпатичного парня.
Мэгги снова повернулась на табурете и уставилась на еду, к которой даже не притронулась — еду, к которой у нее больше не было аппетита. От увиденного её чуть не стошнило. Она знала, что случится с Долли и Билли, с Джонни, даже с маленькой девочкой, которая сидела рядом с ней. Она знала истории их жизней, их сердечную боль и день смерти каждого из них. Могла ли она что-нибудь изменить? Осмелилась ли? Что, если она все только испортит, просто находясь здесь?
Ей хотелось побежать по улице, крича вслед Билли о грядущих опасностях. Но больше всего на свете она хотела найти Джонни и заключить его в объятия, убедить, что любит его, и никогда не возвращаться домой. Получится ли? Может у нее получится, в итоге, остаться и спасти его от Чистилища? Продолжится ли время в будущем без нее? Или останется приостановленным, пока она не вернется, или не наверстает упущенное?
Глава 11
Время действовать
