— Ну… она не хотела тебя загружать излишней информацией. Поверь, летом и осенью, когда неподалёку будут устраиваться приёмы высшей аристократии, она, естественно, будет обсуждать с тобой каждое. А сейчас они с тётушкой Бра разбирают пришедшие на твоё имя приглашения, но ни одного достойного пока не было.
— Успокойся, Георг, я ни в чём не подозреваю Марию и доверяю её суждениям. Просто как-то не подумал об этой стороне жизни. Это я обсужу с Марией. Но разве приглашение от высокородного дома входит в число незначимых?
— Видишь ли, отношения семьи Тодт и рода Кобленц недружественны. Нет, никаких публичных скандалов или, там, открытой враждебности, но всё-таки наша семья не принимает приглашения от этого рода. А вот почему Мария…
— Я обсужу это с Марией лично сам, — перебил я Георга.
— Хорошо Серж.
— Не обижайся, Георг. Я понимаю, что Мария твоя жена и ты за неё отвечаешь, но наши отношения касаются только рода Ривас и никого больше.
— Я понимаю. Примерно то же самое, только в несколько более… экспрессивной форме мне уже было объяснено — сказал Георг с полуулыбкой.
— Что ж, благодарю за информацию. Я встал с кресла и, уже подходя к двери, обернулся:
— Кстати, смею надеяться, что про подробности и истинные причины той самой недружественности я знаю куда больше тебя.
Выпустив эту парфянскую стрелу и чуть-чуть посмаковав получившееся блюдо: «Георг с выпученными глазами и отвисшей челюстью» я аккуратно прикрыл за собой дверь.
Искать Марию долго не пришлось. Уже перед обедом, который я также в этот день проводил не с детьми, а с семьёй Тодт, она сама ко мне подошла:
— Серж, я бы хотела объяснить…
— Хорошо Мария, мы поговорим сразу после обеда. И успокойся — я полностью тебе доверяю.
Я отчетливо увидел, что мои слова стали для Марии большим облегчением. Она улыбнулась мне и прошла к своему месту за столом.
После обеда мы поднялись в мой кабинет. Мария, только успев присесть, сразу попыталась начать извиняться:
— Я не должна была…
Пришлось её прервать. — Мария, ты именно что должна была, есть и будешь должна до моего совершеннолетия помогать мне ориентироваться в мире. Так что ты поступаешь абсолютно правильно, самостоятельно отсекая приглашения и письма, которые, на твой взгляд, не представляют для меня интереса. Единственное, о чём я тебя попрошу — вести список всех приглашений и показывать его мне, скажем, раз в две недели.
— Никакие письма и предложения я и не сортирую, это я сразу отправляю в Ипр, де-Брандо, и он сам уже решает, что заслуживает внимания, а что нет.
— Хорошо, при следующем разговоре с ним передай ему аналогичную просьбу: список писем с краткой темой.
— Слушаюсь и повинуюсь. А теперь, раз с этим вопросом покончено, — тут я увидел в её глазах огонёк охотничьего азарта, — поясни, пожалуйста, что ты имел в виду, говоря Георгу о своих знаниях его семейных секретов?
Как по сигналу (впрочем, почему как) в дверь постучались и в комнату вошёл Георг.
— Обложили, охотнички, — засмеялся я. — Впрочем, у меня для вас есть адекватный ассиметричный ответ. — И замолчал. Первой, естественно, не выдержала Мария:
— И какой же ответ?
— Я расскажу всё, что знаю по этому поводу либо сейчас, но одному Георгу, взяв с него слово, что он не проболтается, либо вам обоим, но тогда, когда сочту нужным.
В первый момент Георг чуть не ответил согласием, но вдруг резко захлопнул рот и покачал головой. Мария переводила взгляд с меня на Георга. Наконец, после, примерно, тридцатисекундной паузы Георг хмыкнул:
— Благодарю, конечно, за доверие, но я, пожалуй, выбираю второй вариант.
— Ты… ты демон!!! Маленький демон, притворившийся человеком — вскричала Мария, вскакивая с кресла. Я… я… у меня просто нет слов! — Вдруг она подбежала к моему креслу и, вытащив меня из него, с силой прижала меня к груди, — ты мой маленький гений! — Несколько нелогично закончила она.
Всё ещё держа меня в объятиях, она повернулась к Гноргу:
— Ну, как он нас? Обоих на обе лопатки одной фразой! А я говорила!
Георг изобразил аплодисменты:
— Туше. Знаешь, Серж, я всё больше убеждаюсь, что быть твоим противником попросту опасно. Так что я, — тут он сурово сдвинул брови, что резко контрастировало со смеющимися глазами, — настоятельно буду рекомендовать моей жене ограничить общение с тобой. А то она у тебя плохому научится.
Мария показала ему язык:
— А вот и нет! И ограничить наше общение ты тоже не можешь!
Я прервал эти супружеские игры:
— Что ж, если мы пришли к согласию, тогда у меня ещё пара вопросов.
— Что ты ещё задумал? — Тут же насторожилась Мария.
— Ну, во-первых, из семьи Тодт кто-нибудь на праздник к Кобленцам поедет? И во-вторых, в Ипр после праздника я бы хотел ехать через Люксембург. Как вы думаете, тётушка Бра захочет навестить свою подругу в Люксембурге?
Мария расслабилась. — Ну на второй вопрос ответ сугубо положительный. Я думаю, что тётушка Бра с удовольствием вместе с тобой навестит Люксембург. Правда, дорогой? — Обратилась она к Георгу.
Тот же выглядел несколько озабоченным:
