Я с интересом посмотрел на него. Вроде бы клятва абсолютно стандартная и, кстати, обходится при должной заинтересованности на раз. Что же в ней такого неприемлемого для себя обнаружила тётя Жаннетт?
– Эту клятву претендент должен произнести на алтарном камне. А самое главное, что после обретения несовершеннолетним магом распорядителя воли все запечатанные магией рода объекты открываются, – тут доктор не выдержал и самым натуральным образом заржал. Через секунду я к нему присоединился. Действительно, отличный получился анекдот. Стать распорядителем воли она не может, пока не даст клятву, клятву дать невозможно, так как алтарь рода закрыт, но вот если она станет распорядителем воли, доступ к алтарю откроется.
Отсмеявшись вместе с доктором, я вернулся к работе с собственной памятью. Что же получилось в итоге? К сожалению, к знаниям графа Ашениаси (я решил именно так обозначить тот период своей жизни) доступа не было, хотя, погрузившись в свой внутренний мир, я видел этот кусок памяти в виде чёрного шара, отталкивающего меня при попытках приблизиться. Знания же Сержа каталогизировались довольно легко, хотя глубинные слои памяти были мне недоступны, а некоторые участки его памяти оказались девственно чисты. То ли с ним работал опытный менталист уровня не ниже четвёртого, то ли этот эффект появился из-за вторжения моей личности. Подробный же разбор памяти Сержа займёт ещё не один месяц.
Разбирая свою память, я наткнулся на множество любопытных вещей, но особенно важными мне показались три из них.
Первое, я понял стремление своей тёти оградить меня от Марии. Она действительно была «худородной», её род был недостаточно древним и сильным для возникновения собственной магии рода, хотя алтарный камень был уже работающим. После ритуала определения наследника она осталась в роду, но в случае рождения ею ребёнка без выхода из рода она начала бы тянуть силу из алтаря рода. Такие действия в прошлом иногда приводили к разрушению алтарей. В том же случае, если она родит ребёнка будучи моим опекуном, магия рода Ривас поддержит её и, вместо того, чтобы отбирать у собственного алтаря, она пополнит его за счёт алтаря рода Ривас. Пострадает ли от этого магия и алтарь рода Ривас – не знаю, такой информации у меня нет.
Когда я осознал эту информацию, моим первым побуждением было связаться с тётей Жаннетт, чтобы она поделилась со мной имеющейся у неё информацией об опасности Марии для рода Ривас. Но поразмыслив, я отказался от этой мысли. И потому, что тётя никак не могла быть объективной, и потому, что мне просто нравилась Мария, но главное – потому что в моих воспоминаниях обнаружился разговор моего отца с моей матерью. Разговор происходил в присутствии меня и Марии.
– Дорогой, но мне кажется, что требования моей матери чересчур завышенные. Мало того, что она не даёт сестре ни крупицы магии нашего алтаря, так она ещё и требует от жениха заполнить наш алтарь своей магией. Не слишком ли? А ведь к первому она предъявила такие требования к тебе. Зачем ты согласился на её условия?
– Глупенькая, от меня ничего невозможного твоя мать не потребовала. Вместимость вашего алтарного камня абсолютно незначительна для камня рода Ривас. Не говоря уже об имеющемся канале на Грань. Что же касается магии вашего алтарного камня – тут твоя мать немного не в курсе. При заполнении камня родовой магией, получение от него семейной происходит автоматически. Другое дело, что жених твоей сестры не обладает алтарным камнем вместимости рода Ривас, да и постоянной подпитки у него нет, поэтому для него требования будущей тёщи действительно… несоразмерны. Но твоя мать мудрая женщина, я думаю, она это и сама поймёт.
– Но если для магии рода это ничто, зачем…
– Зачем мне вообще была магия твоей семьи? Ну это просто. Чем большее разнообразие энергии в камне, тем лучше камень работает и тем больше его вместимость.
– Подожди, но это значит, что ты сможешь дать магическое приданное и для Марии?
– А вот это уже сложнее. Вот если бы она была моей крови, тогда да, а так… магия не любит, когда её раздают просто так. Оснований передачи родовой магии постороннему всего четыре: возвращение долга жизни, во взаимоотношениях вассала и сюзерена, в качестве платы за вхождение в другой род и в качестве оплаты услуг опекуна. Для Марии наиболее возможным является последний случай. Так что… подождите, а вот это возможный выход.
Тут Мария вскочила, волосы её развевались, как будто из-за сильного ветра:
– Я?! Я никогда!! Как вы могли такое только подумать?!?! – Она выхватила палочку и, прежде чем её кто-нибудь смог остановить, заговорила – Я, Мария-Анна, урождённая в семье баронов Холк, клянусь своей жиз…
В этот момент отец смог выхватить свою палочку и сбить Марию с ног. После этого он подскочил к ней и помог подняться. Убедившись, что она не пострадала при падении, отец отвесил себе звучный подзатыльник. Я аж открыл рот от удивления.
