Мне так захотелось увидеть нашего худощавого и моложавого сирдара Анг Тцеринга. Многое зависело и его умения командовать носильщиками и шерпами. Помощником сирдара был Пху Дорджи. Мы гордились тем, что такой опытный человек, как он, идет с нами. Дорджи встретил нас обычной для шерпов приветливой улыбкой. Я видел его впервые и еще не знал, что пойду в одной связке с ним на вершину. Мне он понравился сразу. Был здесь и Наванг Хилла. Он краснел, как девушка, и заплетал волосы в косички. Мы встретили и других шерпов, привыкших переносить тяжелые грузы на огромные высоты на подступах к Эвересту. Как было приятно находиться среди этих смелых, жизнерадостных людей. Я чувствовал, что подружусь с ними.
Мы сняли домик с большим двором, где собирались прожить два дня и упаковать грузы так, чтобы можно пило распределить их между носильщиками. Дом состоял из пяти просторных комнат и веранды. Перед домом находилась роща манговых деревьев, под сенью которых мы и сортировали грузы, а позади — большая лужайка. На ней росли гуавы, папайи и бананы. Там же мы нашли колодец с прекрасной чистой водой, очень полезной, как нам сказали, для пищеварения. Ее черпали ведром, которое было привязано на веревке.
Грузы, которые мы отправили раньше, уже прибыли и теперь лежали аккуратно упакованные. Возле них толпились участники экспедиции, шерпы, носильщики и местные энтузиасты. Одни альпинисты занимались сортировкой грузов в манговой роще, другие отправились к парикмахеру коротко постричься в надежде, что волосы в горах отрастут. В Джаянагаре ушло много времени на разборку и сортировку запасов продовольствия, медикаментов и снаряжения. Пришлось вскрыть многие тюки, так как при перевозке упаковка некоторых Грузов была повреждена. Врачи экспедиции провели медицинское обследование альпинистов и шерпов. Всем сделали прививки против холеры, оспы и брюшного тифа.
Мы планировали покинуть этот городок рано утром 26 февраля, но в последний момент выяснилось, что не все еще готово к походу, поэтому пришлось задержаться часа на два-три. Мы прошли через базар и двинулись по узким улочкам Джаянагара. Там собралось много людей. Женщины надели яркие одежды, и казалось, будто они отправляются на сельскую ярмарку. В толпе местных жителей мы выделялись своим альпинистским снаряжением — высокогорными ботинками, ярко-красными и синими рюкзаками, свитерами и брюками разных цветов. Вместо тросточек в руках у нас были ледорубы. Наше появление на улицах города у местно го населения не вызвало никакого удивления. Им не раз приходилось видеть участников экспедиций на улицах своего города.
Дорога, по которой мы проезжали, была украшена арками из цветов. Кое-где висели плакаты на английском языке и на хинди: «Привет Индийской экспедиции на Эверест!». Нас встречала группа школьниц. Они поставили на лоб каждому участнику экспедиции традиционную
Вскоре мы оказались у границы. Возле дороги стояла маленькая хижина. Путь нам преградил шлагбаум. Потребовалось немало времени, чтобы закончить необходимые формальности. Нас заставили заполнять не одну анкету. Не обошлось без пререканий с непальскими чиновниками. Наконец шлагбаум подняли, мы вступили на территорию Непала и продолжили свой путь на грузовике. Узкая дорога перешла во вьючную тропу. Нас сильно трясло, машина поднимала клубы пыли. Многие предпочли идти пешком.
Когда мы подошли к месту первого привала, красивому уголку в большой манговой роще возле деревни, сразу же стали разбивать лагерь. Неподалеку у палатки расставили цветные раскладные стулья и столы. Это была наша столовая. Тут же разбили белую палатку — столовую для шерпов. Гремел проигрыватель, звучали песни из индийских фильмов. Музыка привлекла жителей деревни, и они толпились у проигрывателя. Шерпы ели вместе с альпинистами, так что свою палатку-столовую они использовали главным образом для развлечений — прежде всего для азартных игр в карты, которые они весьма любят. Подчас, проигравшись, шерп следует правилу: «Верну долг, когда смогу».
