Снимок получился, может быть, не такой выверенный, как в подарке Фьюра, но богатый. Фоном стал большой обзорный эмэтам, а за ним синее дневное небо в россыпи облаков. А на снимок поместился генерал Телжан, Рейнер, Бруни, Хойский и доктор Олберт — в общем, все, с кем Нортонсон работал или просто был хорошо знаком. Грета там тоже была. И я, конечно. В центре стоял сам Генрих с котятами: один сидел на плече, другой на голове, так что адресат снимка был очевиден: Юки.
Юки была необыкновенно счастлива — даже захотелось заснять её в этот момент: распахнутые сияющие глаза и приоткрытый рот. Просто эталон «счастливой девочки»!
— Прикольно, — сказал Брайн. — А Фьюру можно показать?
— Он уже получил такой же, — отозвался я. — Генрих отправил так. А вот вам попросил вручить лично.
— Спасибо! Спасибочки! — Юки подарила мне очередное жаркое объятье.
— Мне-то за что?
— За всё…
— Мы пойдем, у тебя, наверное, дело, — проницательный Брайн потянул сестру из комнаты. — Ты же скоро уезжаешь, да?
Я кивнул, а потом добавил:
— Хочешь, увидимся перед моим отъездом? Я буду рад!
— Давай.
Юки могла только помахать мне — взгляд у неё был полностью поглощён лив-фотографией.
Я подождал, когда за ними закроется дверь, и попросил камилла:
— Запри.
— Готово.
— Ну, теперь рассказывай!
— Я лучше покажу, — предложил он.
— Ну, показывай, — я повернулся к ближайшей стене.
Включился экран, и я приготовился увидеть вора, обокравшего меня. Коридорный камилл заснял всю сцену — в первую очередь из-за ссоры. Ещё чуть-чуть, и они бы начали применять силу — ремонтники-инженеры, представители героических профессий называется! Ну, а кража тем более была событием, которое требовалось зафиксировать.
Я не особо удивился увиденному, потому что знал этого человека. На станции было не много рыжих, но с каждым была связана особая история: Ирма, Яся Шелли, теперь этот… По своему характеру он был первой кандидатурой. Один из немногих граждан «Тильды-1», кто был способен подойти во время спора, открыть тележку, как ни в чём не бывало, взять мой снимок — и уйти.
Р-ДХ2-13405-1 не мог закрыть ящик с вещами, потому что это была гражданская тележка. Ничего опасного… Так от кого запираться? Даже дети знают, что брать чужое без спросу очень нехорошо!
Определённо, они ждали меня. Никто не обернулись, когда я влетел в монтажную Южного сектора. Только режиссёр соизволил меня заметить — остальные продолжали пялиться в свои экраны.
Они знали, какой фокус отмочил их руководитель. Они знали, что я приду и даже знали, что приду один. Интересно, режиссёр догадывался, что доклад о его поведении уже лёг в судейский отдел? Причём от меня требовалось не много — всего лишь ответить на пару стандартных вопросов логоса. «Нет, мы не являемся близкими друзьями — мы знакомы лишь формально». «Нет, я не давал разрешения брать мои вещи». «Да, это происшествие огорчило меня, и мне не нравится подобное поведение в отношении меня».
Логос понимал, что такое воровство. Действительно: понимал. Когда я — администратор и спамер — смотрел ту запись, первые несколько секунд я просто отказывался поверить, что происходит именно то, что я вижу! А вот логос сразу вник. Уточняющие вопросы позволили подкорректировать оценку… Но сомнений у него не возникло.
Не хотелось лишний раз думать, как хорошо он разбирается в том, чего уже давно не было между людьми. Во всяком случае, во время восстания «бэшек» логосы за долю секунды определили характер происходящего. Для них вообще не было разницы: астероид прилетел, андроиды взбунтовались или отдельный человек совершил преступление против другого человека. Составляется доклад, проводится расследование — и дальше суд решает, что делать. Он был в курсе того, что такое «взять без спроса» и какой вред это причиняет. Тем более, шла речь о воровстве предметов, которые входили в категорию «произведения искусства» и «памятных подарков»!
Забавно: режиссёр про это всё должен был знать лучше очень многих. Его специальность — Профессиональный Сервис, и там о таких вещах объясняют отдельно, ведь вопросы собственности в искусстве начинают задаваться сразу, как только начинается процесс творчества.
— Добрый день, Рэй! — поздоровался «арт-преступник», поднимаясь мне навстречу и протягивая правую руку. — Страшно рад тебя видеть! Мы же знакомы, да?
Левую руку он держал за спиной.
— Знакомы, но не настолько, — пробормотал я.
Попытку обменяться рукопожатиями я проигнорировал. Я был бы обязан соблюдать правила вежливости, если бы состоял в подотделе Администрации и курировал Службу Досуга и Профессиональный Сервис. Но теперь я был тэфером. Понимал ли он это?
«Временный Глава — Юки — Бидди — доктора» — такими были мои планы. Я не собирался посещать деятелей искусства, хотя они и оставили приглашения. Зотов с ребятами — завтра, за ужином. Может быть, ещё Сара, или Молли, или кто-нибудь ещё. Но не люди, с которыми я пересекался лишь пару раз по работе!
