Не говоря ни слова, Молес напялил на себя разбросанные по полу шелковые тряпки обратно и вышел. Не сдерживая злости, Хиастолина запустила ему в спину подушкой. Наследная принцесса не могла себе позволить подобного поведения, но, откровенно говоря, она сейчас не чувствовала в себе ни капли благородства. Всего ее достоинства и гордости ее лишили здесь – на этой смятой постели. Она сорвала украшенную кровавым пятном простыню, свидетельство ее позора, и мгновенно испепелила прямо в руках. Молес покинул покои, даже не обернувшись. «Ну все, – подумал он. – Дело сделано и не стоит вспоминать об этом. Мне нужно решать реальные проблемы, а не те, от которых страдают королевские особы. Пусть душевными терзаниями благородных девиц занимается кто-нибудь другой». В соседней комнате его ожидала все таже придворная дама. По ее непроницаемому выражению лица было непонятно, что она слышала и что обо всем этом думает. Ни о чем не спрашивая, Ларима сняла с него заклинание, передала ему его одежду и отвернулась. Ему начало надоедать эта игра в переодевание. Он отказывался понимать, почему не мог явиться к Ее драконьему Высочеству в чем обычно ходил, особенно учитывая то, что все равно это нужно было снимать. Но возмущаться было бессмысленно и, откровенно говоря, поздно.
– Что дальше? – спросил Молес, застегивая свою кожаную куртку. – Когда я получу Грамоту?
– После появления наследника, – не выражающим никаких эмоций тоном ответила Ларима. – Я Вас вызову.
– Слишком долго, – он поймал на себе ее пристальный взгляд и осекся: – А сколько носят драконы?
Она ничего не ответила, чем вызвала растущую в нем волну опасений. Решившись на эту авантюру Молес не обдумал многих вещей, во-первых, он даже не подумал о том, что бессмертные устроены совершенно по-другому.
– Сколько? – резко переспросил он.
– Вы хотите знать сколько нужно времени для появления на свет наследника великого королевского драконьего рода? – снисходительно уточнила она, и Молес буквально кожей ощутил, что влез в какую-то очень мутную историю. – Что ж, никто не знает. Существование бессмертных тесно связано с целостностью нашей Вселенной и потоками силы в ней.
– Сколько? – раздраженно уточнил Молес. – Год? Два? Десять? Сто лет? Тысяча?
По ее молчанию, он понял, что любой из этих вариантов может оказаться правдой.
– Может быть и меньше, – неожиданно попыталась подбодрить его Ларима. – Это может произойти в ближайшее время. В любом случае сначала необходимо подтвердить зарождение жизни. Это можно будет сделать спустя пару недель, не раньше. Я сообщу Вам о результатах, возможно это Вас успокоит. Если результат будет отрицательным….
– Как он может быть отрицательным? – вспыхнул Молес.
– Если результат будет отрицательным, – спокойно повторила она, игнорируя его негодование, вызванное задетым мужским эго, – ритуал необходимо будет повторять до тех пор, пока это будет необходимо. Разорвать Контракт может только смерть обоих сторон, за преждевременную смерть одного из вас будет наказан тот, кто останется в живых. Надеюсь, все понятно. А теперь попрошу Вас удалиться, как можно быстрее. Ваше присутствие здесь нежелательно, а случайная встреча с любым из представителей королевской крови может вызвать конфликт, который никому из нас не нужен. Так что не задерживайтесь и без особого приглашения сюда не приходите.
– Второго раза не потребуется, – продолжал злиться Молес. – Можете не провожать.
Он вышел, не прощаясь, и быстрым шагом направился на выход из замка, по тому пути, по которому его привели сюда. Лучше было отойти подальше от этого гнездовища бессмертных, прежде чем перемещаться, чтобы не привлекать лишнего внимания. Перспективы быстро обрести большую силу казались ему все менее реальными. «В любом случае я не много потерял, – сказал себе Молес. – Неплохо провел время с красивой, пусть и истеричной, девушкой. Но надеяться особо не на что. Нужно искать другие пути, более сложные. Простые, как я и думал, сплошной обман». Несмотря на его благие намеренья покинуть это место как можно скорее, не привлекая к себе лишнего внимания, неожиданно его остановила уткнувшееся ему в грудь острие шпаги. Державший ее юноша наверняка был тоже драконьего племени и на деле годился его прапрадедушке в прапрадедушки или был и того старше. Красивый и тонкий. Глаза Молеса, не привыкшие к виду изнеженных благородных особ, сперва приняли его за высокую девушку. Совсем как та принцесса, которую он только что сжимал в своих объятиях. Такая же белая кожа, гордая осанка и колючий высокомерный взгляд.
– Здравствуй, друг, – беззлобно обратился к нему Молес. – Ты чего-то от меня хотел?
– Смерд, – сквозь зубы плюнул Касситериан, и Молес окончательно убедился в том, что эти двое родственники. – Ты недостоин касаться ее и заслуживаешь смерти.
– Ты что ее брат? – Молес оставался спокойным, жизнь научила отличать реальную угрозу от нелепой бравады. – Вы прям одно лицо и говорите одинаково.
