– Чтобы тебя Карлу продать да с драконов денег получить. А теперь ты и вовсе не нужен! – И выхватив из-за спины кинжал, бросился на изумленного омегу.
Но не зря Йон столько тренировал своего принца. Ларс перехватил руку отца с ножом, вывернул и отбросил от себя папашу. Хуго и Йон тут же к Ларсу подбежали и прикрыли его. Король же с неприязнью сплюнул: не смог устранить неприятное дитя.
– Не желаю тебе смерти, – с презрением сказал Ларс, – но и отпускать не хочу…
– Чего с ним возиться, – буркнул Йон и, быстро обратившись в дракона, проглотил короля.
Хуго и Ларс только рты пооткрывали от удивления, а Йон выплюнул лишь сапоги, уж больно те были жесткие.
– Ну а что? Он же плохой был! – стал оправдываться дракон.
– Так, ну вас, пошли мы, – отмахнулся от слов дракона благородный рыцарь Хуго и притянул к себе Нелля за веревочку. – Куда теперь отправимся?
– У меня на болоте каттунги голодные, да и лешие скучают.
– Да, хорошо им, – вздохнул рыцарь.
– Может, заглянешь? Меня Таге научил готовить такие пирожки, закачаешься! – и мягко на ушко добавил: – А еще у меня кровать большая и мягкая.
– Ну, пойдем проверим, – согласился альфа.
Ночной тоже засобирался домой, Мюнх к нему забрался на шею, и послав Ларсу воздушный поцелуй, умчались они в темный замок Бенгта.
– И мы домой, радость моя, – обнял мужа Йон, – садись мне на плечи, отправимся в наш замок, а то дети наверное притомили Таге.
– Спасибо тебе, мой любимый, драгоценный муж. Я тебя очень люблю и буду всегда любить. И спустя годы, и спустя столетия…
***
И жили они долго и счастливо. Намного дольше, чем Ларс мог мечтать.
А когда пришло его время, Ларс попросил своего вечно молодого мужа отнести себя в открытое море. Он не хотел лежать в земле и травить Йону душу. Хотел в последние минуты жизни полететь с ним в поднебесье и встретить солнце. И, опустившись в темную пучину вод, надеялся из глубин наблюдать за голубым небом и знать, что где-то там, в лазурном пламени, танцует его любимый.
Но любящее сердце не позволило долго мучиться в разлуке – перерождаясь, Ларс находил своего дракона, и они влюблялись друг в друга с прежней страстью и трепетом. И с завидной регулярностью пополняли популяцию снежных драконов.
