— Да нет, я такой же, как и был. Тридцать один… — бросил парень.
— Нет, ты посмотри вокруг, ты посмотри, сколько у тебя этих дурацких шляп, всяких пиджаков, брюк… Ты потратил все деньги, у тебя их уже нет, и ты не сможешь добраться до своей обетованной земли. У тебя её никогда не будет, никогда! — зло выкрикнула Марианна и топнула ногой.
— Да они, если я захочу, если я пожелаю, сами принесут мне землю, в зубах, — продолжая отжиматься от пола, сказал Хуан.
Может быть, этими словами спор и закончился бы, но с улицы послышался крик:
— Хуан! Хуан!
Марианна зло и недовольно подошла к окну и подняв раму, выглянула на улицу.
Там, внизу, у ящиков с мусором и у тёмных бочек с помоями, стояла Сильвия в своём бархатном бордовом платье и бархатной шляпке. Она смотрела вверх.
— Это тебя, — зло буркнула Марианна.
Хуан легко вскочил с пола и, проходя рядом с Марианной, слегка отодвинул её в сторону.
— Прошу прощения, пьянчужка, — прошептал парень, выглянул в окно и радостно помахал рукой.
— Привет, Сильвия, привет!
Сильвия, стоящая внизу, радостно и счастливо улыбалась.
— Я тебя увижу завтра в церкви? — спросила она.
— О, да, конечно, — ни минуты не задумываясь, выкрикнул Хуан, — это божественный предлог.
— Тогда тю-тю, красавчик, — Сильвия кокетливо помахала рукой.
Хуан ответил девушке таким же кокетливым движением.
Марианна зло скривилась.
Хуан отошёл от окна, и взглянул на Марианну. Та поняла, что своим взглядом Хуан желает показать своё превосходство над ней.
Марианна ехидно хохотнула.
— Знаешь, Хуан, у этой девицы, по-моему, слишком большая грудная клетка, чтобы ходить в церковь.
— Для Бога это не имеет никакого значения и ему всё равно, какая грудь у женщины, — нравоучительно произнёс Хуан. — И вообще, Марианна, Сильвия хорошая девушка.
— Да-да, хорошая, аж деться некуда. Она нигде не работает, — заметила Марианна.
— Как это не работает? Она танцовщица в клубе сеньора Хименоса.
— Разве это можно назвать танцами? — ехидно засмеялась Марианна. Она ноги задирает, вот и всё.
— Да нет, она хорошо танцует.
— А может быть, если её хорошо попросить, она их раздвинет, Хуан?
— Наверное, если хорошо попросить, — ответил парень, рассматривая свои шляпы.
— Так может, ты уже просил, и она раздвигала? — с дрожью в голосе, поинтересовалась Марианна.
— Сейчас вспомню, может быть, раздвигала, — нагло улыбался Хуан, — надо подумать, вспомнить.
— Так подумай же скорее! — зло выкрикнула Марианна. — Подумай, если у тебя там ещё, хоть что-то осталось, — и она постучала пальцем по голове, — или может быть, тебе уже отшибли мозги? Все смеются над тобой, смеются, Хуан! — крикнула Марианна, отворачиваясь к окну.
— Да меня все уважают, — бросил парень.
— Да никто тебя не уважает, ты всего лишь деньги в их карманах, деньги. И этого ты, к сожалению, не хочешь понимать. Они лишь используют тебя, используют как беговую лошадь или бойцовского петуха!
Марианна принялась нервно натягивать наволочку на подушку.
— Замолчи! Замолчи! — закричал Хуан.
— Нет, не замолчу. Используют тебя, используют!
Парень подбежал к девушке, схватил её на руки, забросил к себе на плечо и поволок в соседнюю комнату. А там со всего размаха он бросил Марианну в ванну, полную воды.
— Ну, что ты теперь скажешь? — наклонясь над девушкой, зло прошептал Хуан. — Что скажешь?
— А что я должна сказать?
— Скажи, что тебе нравятся мои шляпы, все до единой, скажи, — Хуан смотрел в глаза Марианны.
— Так сейчас на тебе нет шляпы.
— А ты скажи это, скажи! — требовал Хуан.
Марианна молчала.
— Ну, почему, почему ты не можешь сказать, что тебе нравятся шляпы на мне, нравится костюм, — и Хуан хотел было уже сказать «почему ты не можешь сказать, что и я тебе нравлюсь», но удержался.
Марианна выбралась из ванны. Хуан хотел ей помочь, но она оттолкнула его руку.
— Я честно дрался и честно заработал деньги.
— Пошёл ты к чёрту! — ответила девушка. — Иди, иди к этой шлюхе с вываливающимися грудями, иди!
— Да ты просто завидуешь мне, что я зарабатываю больше тебя! — закричал парень.
Марианна в мокром платье выскочила в коридор.
Девицы, стоящие у окна, стали с интересом следить за ссорой.
— Да я могу заработать эти деньги так же быстро, как и ты, может быть, ещё быстрее и ещё больше! — зло, сверкнув глазами, выкрикнула Марианна и, забежав в комнату, заперлась.
А Хуан остался стоять у двери. Он зло колотил кулаком и кричал:
— Марианна, открой немедленно!
Все проститутки собрались в коридоре и изумлённо смотрели не парня, колотящего в дверь.
— Послушай, Хуан, почему ты не уложишь её в койку, чтобы разобраться с ней раз и навсегда, чтобы покончить со всеми проблемами, — сказала мадам Клотильда, глядя в глаза Хуану.
— Я? Но она моя сестра.
— Сестра? — изумлённо воскликнула мадам Клотильда. — Тогда, наверное, я твоя мать.
Все девицы дружно расхохотались и стали расходиться по комнатам.
