Они усмехнулись и пожали друг другу руки. Потом перекусили черствыми бисквитами и солониной, но с таким аппетитом, словно то был их победный пир. Картер даже на время позабыл о Комнате Ужасов. С новыми силами они тронулись в путь и два часа без отдыха шагали по Извилинам, время от времени останавливаясь у попадавшихся по дороге глазков. Похоже, анархисты повсюду разместили свои посты.
Через некоторое время на пути им опять попалась лестница из нескольких пролетов, которая вела вниз, к пустой комнатке, целую стену в которой занимал выложенный кирпичом камин. Картер быстро отыскал глазок и, убедившись, что за стеной никого нет, приподнял длинный рычаг на уровне пола. Камин выехал вперед, а за ним открылся выход в серую дымку, застилавшую Длинный Коридор.
По другую сторону также располагался камин, какие встречались в коридоре через равные промежутки. Камин мгновенно отодвинулся назад и закрыл потайной ход, как только повернулся вокруг своей оси стоявший на полке мраморный бюстик некоего вельможи в замысловатом парике. На подставке красовалась надпись: «Аттамаус, главный палач Коммориома».
Как обычно, в этой части Длинного Коридора клубился туман, его клочья заслоняли свет, струившийся с потолка. Серые стены, серый ковер, казалось, излучали серую тишину, которая пропитывала коридор. Даже голоса братьев зазвучали приглушенно, словно перед ними простиралась болотистая топь.
– Пойдем налево, – сказал Картер. – Нужно спешить, чтобы нас не заметили.
Коридор едва заметно изгибался. Братья пошли вперед. Даскин сжимал револьвер, Картер – рукоятку Меча-Молнии. Но не успели они пройти и двух сотен ярдов, как услышали голоса. Кто-то шел им навстречу. Картер и Даскин быстро переглянулись и, поспешно отступив, спрятались за камин, замеченный ими раньше. Только они успели ретироваться, как мимо камина прошагали двое торговцев, толкавших тяжело нагруженную тележку. Настроение у торговцев было превеселое – они напропалую сплетничали о последних событиях в Доме. Как только скрип колес тележки стих вдали, братья вернулись в коридор.
– Хотя бы не анархисты, и на том спасибо, – облегченно вздохнул Даскин.
– Это верно, но мне все равно не хотелось бы, чтобы нас хоть кто-то заметил. Кто знает, мало ли у анархистов сообщников?
До конца перехода они добрались без происшествий – собственно, пройти-то оставалось всего несколько сот ярдов, а затем дверной проем вывел братьев к белокаменной лестнице, поднявшись по которой, они попали в новый коридор. Здесь на стене висела чудесная картина, изображавшая сцену покорения красавицы Зеновы джинном Каледом. За картиной пряталось отверстие очередного потайного хода. Картер легко нашел секретный механизм.
Этот проход, освещенный полупрозрачными потолочными окнами, был шире тех, по которым Картер и Даскин пробирались раньше. По идее, дневной свет должен был бы приободрить Картера, но его охватили самые неприятные предчувствия. До Комнаты Ужасов отсюда было совсем не далеко. Но страшила его не только эта мысль. Он понимал, что лестницу, спускавшуюся к проклятой комнате, надежно стерегут, и пока не представлял, как им удастся проскочить мимо дозорных. К тому же Картер намеревался до этой лестницы попрощаться с младшим братом, что еще сильнее удручало его.
Примерно через час странствия по коридору начало смеркаться. Картер решил устроить привал. Он и устал порядком, и идти дальше страшился. Темнело. Братья в молчании поели, фонарь зажигать не стали и сразу улеглись спать. Невзирая на дикую усталость, Картер снова спал чутко и тревожно, видел непонятные сны. Казалось, эта ночь длится вечно. Проснулись с первыми лучами солнца, в которых тут же заплясали стайки моли, вертевшиеся под стать далеким галактикам. Угрюмо, без аппетита позавтракали. Уныние, охватившее Картера, передалось и Даскину. Без слов встали и тронулись в путь.
Примерно через полчаса коридор вывел их к дверному проему, за которым тянулось несколько смежных комнат со стенами, выкрашенными грязно-коричневой краской. Окна закрывали малахитово-зеленые шторы, на полу лежали вытоптанные ковры. Обставлены все комнаты до одной были каким-то чудовищным мебельным ассорти. Окурки сигар в пепельницах и недопитые стаканы с виски говорили о том, что комнаты обитаемы.
– И это – логово анархистов? – тихо проговорил Даскин. – Я ожидал совсем другого. Я думал – у них лаборатории для изготовления бомб, плакаты там, лозунги, всякое такое. А эти комнаты вполне сгодились бы для какого-нибудь клуба, где собираются джентльмены.
– Пистолеты и бомбы – это для них пройденный этап, – печально усмехнулся Картер. – Хотя наверняка они ими умеют пользоваться. Зло умеет маскироваться под цивилизованность. Пошли. Мешкать нельзя.