– Много не увидишь, но об архитекторах в этой связи доброго слова не скажу. Мы стоим там, где над каминной полкой висит портрет. Так что, похоже, смотрим глазом вашего предка.
– Нужно пригасить лампы, тогда, может быть, еще найдем глазки вроде этого. Нельзя, чтобы кто-то заметил наш свет с той стороны.
Они прикрутили фитили ламп, так что были освещены только ближайшие половицы, пошли по проходу дальше и вскоре обнаружили еще один глазок. Заглянув в него, Картер увидел сидевшую за столом леди Мэрмер в желтом шелковом платье. Она смотрелась в зеркало. Сбоку от нее на диване сидел Даскин. Картер отчетливо расслышал его голос:
– Лучше бы ты отпустила меня, мама, защищать Дом! Мне уже шестнадцать, я не маленький!
Мэрмер негромко хмыкнула, но глаз от зеркала не отвела.
– Нельзя будущему Хозяину Эвенмера рисковать. Ведь тебя могут ранить в этом дурацком бою. Война – это для других. Ты рожден, чтобы править.
– Таких правителей, которые не возглавляют войско в бою, никто не уважает. Я видел Картера в самой гуще сражения. Не ненавидь я его так, я бы восхищался его храбростью!
– Несешь вздор, совсем, как твой папочка! Это все юношеский идеализм, который ему так и не удалось перерасти. Тебе же нужно научиться практицизму.
Даскин тряхнул головой.
– Мама, я должен научиться идти своим путем. Пусть отец был идеалистом, но он был добр и отважен.
– Тебе было всего шесть лет, когда он пропал без вести. Ты не можешь так хорошо его помнить.
– А я помню! От него исходила сила, даже если он совершал ошибки! Дай мне стать взрослым!
Голос Мэрмер зазвучал холоднее и строже.
– Что ж, хорошо. Если тебе не терпится повзрослеть, поговорим о взрослых делах. Анархисты ни за что сами не проникли бы в библиотеку, даже имея ключи, если бы кто-то не впустил их туда.
Даже через глазок Картер увидел, как выпучились глаза его сводного брата.
– Мама, не хочешь же ты сказать, что…
– Они станут той силой, что превратит тебя в Хозяина. Не думаешь же ты, что мы будем сидеть сложа руки и ждать, когда Картер заграбастает этот титул?
– Что ты наделала?! – вскричал Даскин, вскочив, на ноги. – Анархисты? Ты их сюда впустила? Как же мы теперь справимся с ними? Как ты только могла так поступить с Домом?
Мэрмер поднялась.
– Спроси лучше, как я могла поступить иначе! Ты должен стать владельцем особняка. Когда я вышла замуж за твоего отца, я была принцессой Межрии. Я-то думала, что, попав сюда, окажусь в мире высокой политики, несметных богатств, но он не хотел править так, как хотела я, он только и делал, что лепетал про то, чего хочет Дом, чего Дому нужно – как будто Дом живой! А нужно править властно! За Белым Кругом много стран, недружественных нам. Нужно заключить соглашения. А те царства, что не пожелают нам повиноваться, должны быть истреблены. Впервые мы так близки к цели. А анархисты нам помогут.
– Молчи, ни слова более! – воскликнул Даскин. Его глаза были полны слез. – Я не стану тебя слушать! Неужели мы изменили всему, о чем я знаю? Неужели Бриттл погиб из-за меня?
– Бриттл – старый дурак. А от случайностей не застрахован никто. Но я не знала о том, что он пострадает.
– Бриттл был моим другом! Не желаю тебя слушать!
Даскин исчез из поля зрения, через мгновение хлопнула дверь.
Леди Мэрмер постояла, хмуро глядя себе под ноги. А потом снова уселась за стол и стала внимательно разглядывать в зеркале свои брови.
Картер отпрянул от глазка. Он махнул рукой Хоупу, и они пошли по проходу дальше, где бы их никто не подслушал.
– Я все слышал, – шепнул юрист, – мы нашли предательницу.
– Посмотрим, что там впереди, – отозвался Картер. Проход продолжал плавно заворачивать. По пути друзья заглянули во многие комнаты. В конце концов Картер понял, что они по кольцу огибают верхний этаж, минуя Розовую, Сиреневую, Ноготковую и Нарциссовую Комнаты, гостиную, будуар, дневную и ночную детские, лазарет, комнаты служанок, мастерскую и учебный класс. Наконец они добрались до узкой лестницы – наверняка она вела вдоль стены, что стояла за парадной лестницей. На ступенях лежал коричневый пятнистый ковер, служивший скорее для украшения, нежели для того, чтобы приглушать звук шагов. Дойдя до очередного глазка, Картер действительно увидел перила черного дерева и зеленую дорожку на парадной лестнице.
Ступени повели друзей вниз. Потолок, обитый кедровыми досками, шел под углом на такой высоте, что пригибаться не приходилось. Впечатление было такое, будто они идут по длинному туннелю. Сладковатый запах кедра поднял друзьям настроение. И вскоре они дошагали до площадки. Помост уводил вправо. А сама лестница шла дальше вниз, во мрак. Фонарь Картера выхватил из темноты еще один проход, похожий на предыдущий. Он понял, что, пойдя по нему, можно было бы обойти весь нижний этаж, и решил незамедлительно совершить этот обход, а уж потом вернуться и обследовать подвальные помещения.