— Это не нужно, — вздохнул Игорь. — Она ждет нас завтра на тренировку, — сказал он и прошел мимо нее к мужской раздевалке.
— То есть как? — опешила Рината.
— Я ей уже позвонил и обо всем договорился, — не оборачиваясь, ответил он и добавил: — Подожди меня, через десять минут поедем домой.
Закрывая за собой дверь раздевалки, он раздумывал над тем, правильно ли поступил, утаив от Рины часть правды. Но что-то подсказывало ему, что знать о том, что в ее жизнь снова вмешался Бердников, ей совсем не обязательно.
Москва, октябрь 2013 года
Все её детство прошло на этом катке. Он помнит её слезы, её радостный смех. Он не забыл её ссадины и синяки, её первые победы и поражения. Под его сводами гладкий лед, отражающий всю её жизнь. Жизнь, которую она так хотела забыть. Но теперь, ведомая стремлением добиться высот, она возвращалась к тому, с чего начинала. Она возвращалась в школу фигурного катания Аллы Богославской. Вывеска с изображением медали с цифрой один мелькала в памяти Ринаты сотню раз. Большое двухэтажное здание бежево-коричневого цвета когда-то казалось ей раем на Земле, местом, где к ней относились с любовью, где у неё было все, чего бы она ни захотела. Все, кроме самого важного — семьи.
Ринату передернуло, стоило ей только подумать об этом. Она выбралась из автомобиля Игоря и, дождавшись, пока он, забрав их сумки, подойдет к ней, как-то наивно спросила:
— Николай Петрович точно не поправится до чемпионата России?
Игорь вздохнул и застегнул куртку, пытаясь спрятаться от пронизывающего морозного ветра.
— Маргарита Николаевна говорит, что его завтра переводят в обычную палату, и мы сможем навестить его. С ним все будет хорошо, но о тренерской деятельности речи идти не может. Несколько месяцев, так точно, да и после…
Рината в ответ кивнула и было сделала уверенный шаг к лестнице, но Игорь остановил её, взяв за руку. Её холодные пальчики мигом сплелись с его и крепко сжали.
— Рин…
— Все хорошо, — прошептала она, крепко стискивая его ладонь.
Нельзя. Нельзя показывать, как она боится туда идти. Даже ему. Хотя он и без того видит её насквозь. Что уж тут…
— Тогда пойдем? — не отпуская её руки, сказал Игорь и повел Ринату в школу.
— Эм… А вы каток случайно не перепутали? — Титова встретила их непонимающим взглядом. Она, уже облаченная в тренировочную одежду и готовая отправиться в тренажерный зал, пристально смотрела на непрошенных, по её мнению, гостей.
— Не перепутали, — ответила Рината и сделала шаг в сторону, по направлению к раздевалке, но бывшая подруга, похоже, принимать этот ответ была не намерена. Грубо схватив Ринату за руку, она воскликнула:
— Не поняла?!
— Что тебе непонятно? — зло выговорила Рина, одергивая плечо. — Мы с Крыловым теперь тренируемся здесь.
— Ты врешь! Алла Львовна не могла…
— Рината ничего не придумала, Анна. — Рината вздрогнула, увидев за спиной Титовой Богославскую. Не смогла посмотреть ей в глаза. Впрочем, Алла тоже. Она поздоровалась с Игорем кивком головы и продолжила: — С сегодняшнего дня Рината и Игорь будут тренироваться в нашей группе.
— Но…
— И это не обсуждается! — звонкий голос Аллы эхом разлетелся по коридору.
Рината невольно подняла на неё глаза. Где-то там, глубоко на задворках памяти, мигом спроецировались сотни моментов, когда она слышала этот тон, означающий, что решение не обсуждается. Считая, что мнение тренера — единственно верное, прежде она никогда не спорила с Богославской. Она полностью вверяла ей свою жизнь, а как этой ее жизнью воспользовались… Но что ей делать теперь? Перечить Алле по каждому поводу? Изводить и себя, и её, и Игоря? Куда приводят стычки в рабочее время, ощутить они с ним уже успели. И поэтому, ради цели, ради них самих, она должна постараться отбросить личное и сосредоточиться на работе. Рината поймала на себе презрительный взгляд Титовой и улыбнулась ей широкой улыбкой. Пусть знает — она её не боится.
Прошипев что-то невнятное, Аня сорвалась с места и скрылась за одной из дверей.
— Переодевайтесь и на разминку, — скомандовала Алла и также ушла.
— Хорошая встреча, ничего не скажешь, — подал наконец голос отмалчивавшийся все это время Игорь.
— Добро пожаловать домой! — нарочито громко, с чуть уловимой насмешкой, произнесла Рината и, схватив его за руку, повела в раздевалку.
Где-то в глубине души она была благодарна Богославской за то, что та сразу же установила их общение на уровне «тренер — спортсменка». Если бы она полезла к ней с разговорами, сосредоточиться на работе было бы куда сложнее, а Рина не хотела тратить силы на оборону собственных чувств. Достаточно. Из-за этих людей она и так то и дело совершает недопустимые ошибки. Но что, если пройдет несколько дней, и Алла решит переступить запретную черту? Порывисто стянув через голову свитер, Рината кинула его на скамью. Не важно. Все это не важно. У них с Игорем есть цель, и только это должно иметь значение как для них самих, так и для их новоиспеченного тренера. И если Богославская в какой-то момент позабудет об этом, она уж непременно ей напомнит.
— Рината, приземление очень грязное! Попробуйте снова.