Крылов вышел на улицу и бросил взгляд в сторону стоянки. Возле его «Ауди», пытаясь согреться на двадцатиградусном морозе, пританцовывала Рината. Холода, пришедшие в этом году вместе с наступлением календарной зимы, подняли спрос на шапки, шарфы и варежки и заставили влезть в теплые вещи даже тех, кто обычно упрямился до последнего. Но Ринату, похоже, не спасали ни плотный пуховик, ни сапоги на натуральном меху. И нет бы, подождать его внутри, так она принципиально будет мерзнуть! Игорь качнул головой и прибавил шаг.
— И где ты ходишь? — тут же набросилась на него Рина. — Я в сосульку превратилась! Открывай! — Подергала она ручку запертой дверцы.
— Тебе не повредит. И так ледышка, — едва слышно проворчал Игорь, щелкая сигнализацией.
— Что? — не расслышала Рината.
— Садись, говорю! — «повторил» Игорь, забираясь в салон автомобиля.
— Ты чего в раздевалке так долго делал? — ехидно усмехаясь, поинтересовалась Рината, когда они уже отъехали от школы.
— Не в раздевалке, а в медкабинете.
— В медкабинете? — глаза ее округлились. — Что случилось? Только не говори, что у тебя травма! Все же было в порядке…
— Я здоров, как космонавт!
— Тогда что?
— Алле Львовне плохо стало.
Услышав это, Рината отвернулась.
— Ничего не скажешь? — покосился на нее Игорь. Рина упорно смотрела в окно, но спустя несколько секунд он все же услышал то, что ожидал услышать:
— Что с ней?
— Не знаю. Она была очень бледная, мне показалось, что еще немного, и у нее случится обморок или что-нибудь вроде этого. Я её отвел в медпункт, дождался, пока её осмотрят.
— И? — Рината повернула голову и выжидательно посмотрела на Игоря.
— Она вышла оттуда с таким странным видом… — пожал плечами он. — Ты знаешь, мне кажется, у неё что-то серьезное, Рин.
— С чего ты взял? Она здорова! — излишне горячо воскликнула Рината. — Она всю жизнь спортом занимается! Что ты себе придумываешь?!
— Боишься за неё?
— Нет.
— Боишься, — утвердительно качнул головой Крылов.
— Нет! — гневно сверкая взглядом, отрезала Рина.
— Рината, ты себе-то не ври! И в прошлый раз, когда Богославская в больницу попала, ты к ней ходила с этими апельсинами, и сейчас, по глазам твоим вижу, что боишься. И правильно делаешь. Как бы то ни было, она твоя мама. Давно пора поговорить с ней, выслушать ее. Сама же говоришь, что тебе не хватало материнского тепла! Пока не слишком поздно, можно попробовать хоть что-то наверстать.
— Ей все равно. Ей плевать на меня. — Глаза Рины подозрительно заблестели.
— Господи, какая же ты дура, Ипатова! Да она только и мечтает обнять тебя! И ты мечтаешь об этом, — пристально глядя на неё, сказал Игорь.
В машине воцарилась тишина. Рината снова уставилась в окно, надеясь, что Игорь отстанет от нее, перестанет ковырять ее сердце. Дороги были свободны, но ей казалось, что они плетутся слишком медленно, и к тому моменту, когда «Ауди» остановилась у дома, нервы ее были на пределе.
— Приехали! — мрачно отрезал Игорь.
Рината выскочила из автомобиля и сломя голову понеслась к подъезду. Следовать за ней Игорь не спешил. Оставшись в машине, он положил руки на руль и вздохнул. За то время, что они тренировались у Аллы Львовны, он уверился в мысли, что Богославская до последнего не знала, что Рината — ее дочь. И если даже для него это очевидно, то почему Рината так упорно отрицает этот факт? Она обижена, ожесточена, растеряна. Ей удобно верить в свою версию случившегося, но сколько можно? В его голову пришла абсолютно сумасбродная идея, находящаяся где-то на грани фола. После этого они с Риной, скорее всего, грандиозно разругаются, но, если это поможет вставить ей мозги на место, прорвать глухую стену ее обороны, он готов рискнуть. Не раздумывая более, Игорь выбрался из машины, поставил ее на сигнализацию и буквально бегом, не застегивая пальто, бросился к подъезду.
Москва, декабрь 2013 года
Рината уже успела раздеться и, нарочито громко гремя посудой, хозяйничала на кухне. Трогать ее Игорь не стал. Скинув обувь, он поднялся по лестнице и вошел в ее бывшую спальню. Первым делом раскрыл шкаф, осмотрел его и, не найдя искомого, обвел взглядом комнату. Он точно знал, что нужная ему коробка находится здесь и собирался во что бы то ни стало отыскать ее. Комната была не столь большая — около пятнадцати метров, и Игорь, сам подбиравший мебель, знал тут каждый уголок. Заглянув под кровать, он вытащил старую сумку Рины, но кроме упаковки салфеток, завалявшейся в боковом кармане, там ничего не было. Сумка отправилась на прежнее место, Игорь же поднялся и с силой выдохнул. Подошел к тумбочке, открыл первый ящик, затем второй, третий и наконец нашел то, что искал. Обувная коробка с письмами. Взяв её в руки, он присел на постель и положил на колени. Осторожно, словно это была шкатулка с драгоценностями, снял крышку и вытащил письма. Провел подушечкой большого пальца по выведенному красивым ровным почерком «Ринате Ипатовой». Внезапное чувство, что он лезет в чужую жизнь, было подавлено мыслями о том, что по-другому нельзя. Рината должна разобраться со своими демонами, иначе…
— Что ты делаешь?