Погрязший в коррупционных делишках начальник таможни Ивашов вдруг решает выйти из «игры». Он инсценирует собственное убийство, отправив на тот свет брата-близнеца и подкинув улики своей жене. Сыщику Канарейкину, впрочем, удается найти настоящего киллера, но афера с «убитым» Ивашовым все еще не раскрыта. Тем временем бывшие подельники Ивашова становятся объектами серьезного шантажа. И тогда они понимают, что спланировать это вымогательство под силу только тому, кто хорошо знаком с темными сторонами таможенной службы…
© Зверев С. И., 2016
© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2016
Он крутит педали уже двадцать минут. Пот заметно выступил на лице, а тонкая струйка медленно стекает по ложбинке спины. Так, уже семнадцать километров, еще три. Его ежедневная норма двадцать километров. Конечно, было бы приятней прокатиться на велосипеде где-нибудь по лесной тропинке, но такой возможности у него нет. А форму надо поддерживать. Иначе сам себя уважать не будешь. Да и бабы тоже любят крепких мужиков. Деньги они, безусловно, больше любят, но если к ним прилагается еще и фактура, то и любовь их более искренна. Это он точно знает.
На тумбочке зазвонил внутренний телефон. Кирилл Анатольевич бросил на него удивленный взгляд, но упражнение на тренажере не прекратил. Телефон замолк, но через несколько секунд зазвенел опять. Ч-черт, кому неймется, с раздражением подумал Кирилл Анатольевич. Опять, наверно, Немиров. Этот телефон знают всего два человека: его секретарша и его зам. Ленка навряд ли будет его беспокоить, значит, этот придурок Немиров.
Через пять минут, когда он закончил свою ежедневную норму и слез с тренажера, в зал вбежал Немиров. Он был в форменных зеленых брюках, без обязательного галстука, рубашка наверху расстегнута на две пуговицы. Шея у Немирова очень толстая, и он никогда воротник рубашки не застегивает на верхние пуговицы, как Жириновский. Взгляд у вбежавшего таможенного начальника был испуганный.
– Андрей Юрьевич, ты чего такой взъерошенный, как будто к нам без предупреждения приехала комплексная комиссия из Москвы? – спокойно спросил Кирилл Анатольевич, вытирая полотенцем пот с лица и шеи.
– Тебя Ванин разыскивает! – истерично сообщил Немиров.
– Ну и что?
– Да как что? Полчаса долбит меня: срочно мне Ивашова.
– Да что случилось-то? – Кирилл Анатольевич открыл бутылку минералки, налил в чашку воды.
– Не знаю. Сказал что в тринадцать совещание, и тебе надо прибыть к нему с квартальным отчетом и со всеми сводными данными по растаможенным в этом году автомобилям.
– Только и всего, – усмехнулся Ивашов.
– Да он меня задолбал! – обиженно воскликнул Немиров. – Орал: «Чем вы там занимаетесь, никогда вас не найдешь – ни так, ни по сотовому».
– Я сотовый сюда никогда не беру.
– Вот то-то и оно, – ехидно заметил Немиров, – а достается мне. Ты тут занимаешься, а мне за тебя получать.
– Да успокойся. Ты же знаешь Ванина: поорет и забудет. А вот тебе, Андрей Юрьевич, тоже надо бы физкультуркой заняться. Живот свисает так, что ремня уже не видно.
– Некогда мне, – хмуро буркнул Немиров.
– Да брось, Андрюш, на пиво время и денег хватает, а тут и надо-то всего минут тридцать в день. Ладно, пошли, сейчас сам позвоню ему. Какой петух его в задницу клюнул… – Кирилл Анатольевич пошел к двери, надевая на ходу спортивную майку, а Немиров поплелся за ним, как послушный пес за хозяином.
Проходя мимо секретарши, Кирилл Анатольевич, бросил:
– Леночка, распечатай мне еще один экземпляр квартального отчета.
– Хорошо, Кирилл Анатольевич, сейчас сделаю, – пообещала миловидная девушка.
Ивашов вошел в свой кабинет, плотно закрыл за собой двойную дверь, прошел к рабочему столу, сел в массивное кожаное кресло. Кресло он выбирал сам, как и всю обстановку своего кабинета. На рабочем месте все должно быть функционально, ничего лишнего. Телефоны, компьютер, маркеры, ручки, сейф, настольная лампа, проектор, телевизор – все это он купил и расставил сам. Удобно и всегда под рукой. Если ты в кабинете проводишь треть жизни, то все аксессуары в нем должны служить тебе, а не ты им. Это Немиров поставил себе в кабинет дорогущую итальянскую мебель, до которой боязно дотронуться, посудный шкаф с хрустальными стаканами и рюмками, развешал на стенах картины. На столе зачем-то огромный перламутровый глобус, а сам не знает, где находится Кот-Дивуар.
Так, ну и что там у них стряслось, подумал Ивашов и поднял трубку красного телефона.
– Ванин, – резко прозвучал в трубке голос начальника таможенного управления.
– Добрый день, Александр Алексеевич, – поприветствовал Ивашов шефа.
– А-а, ты… подожди немного, я тебе перезвоню, – положил трубку.
Значит, не один, догадался Ивашов и задумчиво посмотрел на настенный календарь с фотографией таможенника в зеленой форме.
