– Нет, милая, этого я не говорил. Я лишь подчеркивал, что они – люди чрезвычайно могущественные и что от них невозможно скрыться. Даже пытаться не стоит. Но я не сказал тебе главного! Они сделают тебе одно замечательное предложение, которое никак не ущемит твоего достоинства. И если ты согласишься… Заметь, только согласишься сделать то, чего они от тебя хотят, этот долг будет списан – причем немедленно. Надеюсь, несмотря на мятеж, тебе дорого благополучие твоих подданных? При тех разрушениях, что принесла революция, да еще и с такими долгами Дарию ждет катастрофа. Так что все надежды – только на твое благородство и великодушие.
– А если я не соглашусь? Что будет?
– Тогда события начнут развиваться по очень неприятному сценарию, но об этом лучше пока не думать. – Тейл посмотрел на нее даже с некоторым состраданием. – Но не торопись. Ты ведь еще не знаешь, что тебе предложат.
– А ты знаешь?
– В самых общих чертах. Хочешь, расскажу, каким образом наш дорогой император проиграл столь значительную сумму? Ты ведь этого не можешь знать. Едва ли он был с тобой настолько откровенен. Да и некогда ему было. Ты же с ним не виделась неделями и даже месяцами. Так вот! Я сам знаю лишь очень приблизительно, что это за Игра, но там, на Крипте, тебе все объяснят. Но главное вот что… Как бы это попроще… Ты была когда-нибудь на скачках?
– Да, конечно…
– Значит, тебе известно, что там же есть не только публика, не только игроки, делающие ставки. Там еще есть жокеи и скаковые лошади. То есть те, на кого азартные граждане ставят свои кровные в надежде на легкую наживу.
– Ты предлагаешь мне стать скаковой лошадью?!!!
– Я тебе ничего не предлагаю. Предложат другие. В Большой Игре ставки таковы, что выигрыш может превышать совокупный годовой бюджет нескольких планет. Впрочем, и награда для тех, кто выходит победителем, соразмерна этой сумме.
– А что получает проигравший?
– Проигравший погибает, милая, – сказал Тейл почти ласково. – Но тебе же все равно нечего терять, и я уверен – ты не упустишь своего шанса.
– А если я выиграю, то смогу вернуться на Дарию?
– Да, конечно, – не слишком уверенно сказал он, – но едва ли ты этого захочешь, когда узнаешь, каков будет приз. Зачем возвращаться к тем, кто тебя предал, если можно получить нечто большее.
– Что?
– Вижу, ты заинтересовалась! – Тейл довольно улыбнулся. – Но зачем мне, человеку, который не пользуется у тебя ни малейшим доверием, рассказывать тебе то, во что ты все равно не поверишь? Потерпи. К тому же через полчаса мы достигнем скорости, необходимой для пространственного скачка. И уже скоро, очень скоро состоятся официальные переговоры между принцессой Анной, наследницей Дарийского престола, ради спасения собственной шкуры не пожалевшей тысяч триста душ, и конфедент-советником Ионой, представляющим интересы Корпорации. Он ждет тебя с таким же нетерпением, с каким я жду своего вознаграждения. И все! Я исчезну, отойду от дел, и никакая зараза не помешает дальше жить так, как мне хочется, и иметь все, чего я только в состоянии пожелать. И я надеюсь, принцесса, что рано или поздно ты будешь испытывать ко мне только одно чувство – благодарность. В конце концов, это я тебя спас. Если ты, конечно, выживешь после Игры. А теперь иди в свою каюту и забирайся в саркофаг. Не в кровать, а именно в саркофаг. Он встроен в стену, но ты, думаю, с легкостью его найдешь.
– Я пойду в рубку! – возразила Анна. – Это моя яхта, и не смей мной командовать!
Она не просто решила поступить вопреки воле своего похитителя, ей захотелось испытать то, что чувствуют пилоты в момент скачка, а не провести это время в беспамятстве, как полагается пассажиру.
– Как хочешь, – неожиданно легко согласился Тейл. – Только сначала оденься. – В конце концов, в договоре не сказано, что я должен доставить тебя психически здоровой. Возможно, у дамочки со сдвигом даже больше шансов пройти Лабиринт, чем у благоразумной девочки в состоянии стресса.
– Какой еще лабиринт?
– Поторопись-ка, моя повелительница! – Тейл ухватился за ее запястье и заставил подняться на ноги. – Оденься и беги в рубку. Только не вздумай сопротивляться, когда я буду пристегивать тебя к штурманскому креслу. Этого не я требую, этого требует часть шестая пункта первого инструкции по эксплуатации галактических транспортных средств. Инструкция для пилота – больше, чем конституция для монарха, и ее невыполнение чревато непредсказуемыми последствиями.
Иногда найти спасение можно, лишь подвергая себя максимальному риску.
– Капитан, да очнется он, не сдохнет. Точно не сдохнет, мамой клянусь! – Хриплый надтреснутый женский голос внезапно ворвался в сознание, еще мгновение назад погруженное в блаженную тишину. – Вот! Уже очнулся. Я же говорила!
